Йозеф Плева - Маленький Бобеш

Бобеш почти прижался носом к оконному стеклу, чтобы хорошенько разглядеть все эти диковинные вещи. В этот момент он заметил, что в комнате из-за стола поднялся усатый мужчина и подошел к окну. Бобеш испугался и хотел убежать, но усач улыбнулся ему и крикнул:

— Что, Франтик, нравится?

— Я не Франтик, я Бобеш! — все так же, через окно, отозвался Бобеш, уже нисколько не боясь усача.

Усатый мужчина покрутил какую-то ручку, вделанную в деревянный ящичек позади карусели. И только перестал крутить, как, словно по волшебству, за окном все ожило. Карусель кружилась, качели качались, два паренька пилили, танцоры на круглой деревяшечке танцевали.

Бобеш так и раскрыл рот. Смотрел во все глаза. И совсем не замечал, что у него из носа капнула уже третья капля…

А потом послышалась и музыка. На окошке была еще маленькая шкатулочка. Усач опять крутнул несколько раз ручку, и шкатулка заиграла. Бобеш прыгал, хлопал в ладоши и смеялся. Глядя, как радуется Бобеш, усач тоже радовался, а потом позвал его к себе в комнату.

Вначале Бобеш немного струхнул. Он был настолько ошеломлен всем этим зрелищем, что ему вдруг пришло в голову: уж не волшебник ли усатый дядя и не заколдован ли, чего доброго, его дом? Что, если все эти фигурки на самом деле заколдованные люди? Вдруг он возьмет да и обратит Бобеша в такую вот деревянную разрисованную куклу? Не успел Бобеш хорошенько сообразить, как усач вышел к нему и взял его за руку. У Бобеша похолодела спина, но уж очень ему любопытно было рассмотреть все вблизи. В комнате старый Гершл — так звали усатого — показал Бобешу много всяких кукол. Некоторые были еще не раскрашены. Показал и деревянных солдатиков с ружьями. К превеликому удовольствию Бобеша, усатый давал ему каждую вещицу в руки, и Бобеш мог все толком разглядеть. Гершл выспрашивал у Бобеша, чей он, как его зовут — словом, все-все хотел выведать.

«Если он обо всем на свете спрашивает, — подумал Бобеш, — почему бы и мне его не спросить?» И тут он стал допытываться про каждую мелочь. Гершл едва поспевал отвечать. Называл его Бобеш дяденькой, как и всякого, кого он не знал по имени.

— Дяденька, а вы взаправдашный человек? Не колдуете? Я сперва думал: уж не заколдованные ли вами люди все эти куклы? И еще я хотел вам сказать, что у нас Пеструха хворает. Может, вы бы пришли полечили ее, раз вы все на свете умеете?

Гершл сгреб пятерней взъерошенные усы и рассмеялся. Смеялся, смеялся… Бобешу даже жутковато стало. Он еще не видел, чтобы кто-нибудь эдак смеялся: у Гершла виден был даже маленький язычок в горле. Бобеш так и решил, что бедняга либо задохнется от смеха, либо у него усы отвалятся. Пробыл он у Гершла довольно долго. Наконец тот ему сказал, что пора домой: как бы мать не стала разыскивать — он, видно, ее баловень.

В низких, маленьких сенцах было темно, поэтому Гершл взял Бобеша за руку, проводил его до самого двора и на прощание сунул ему что-то в карман. Выйдя на дорогу, Бобеш посмотрел, что ж это за вещь, и опешил. Это был маленький, красиво разрисованный кукленок. Бобеш прошел уже несколько шагов от домика Гершла, когда вспомнил, что за всякую вещь, которую получаешь, полагается благодарить. Тогда он вернулся, прижался носом к стеклу и громко крикнул:

— Большое вам, дяденька, спасибо! И тут же пустился бежать.

Ну, а потом можно было и остановиться, хорошенько рассмотреть кукленка. Он был в нарядных желтых штанишках, в черных, совсем как настоящих, башмаках, в синем пиджачке. Глаза у него были голубые, волосы русые, губы, конечно, красные. Бобеш назвал его Мальчиком с пальчик, потому что кукленок напоминал ему Мальчика с пальчик из сказки. Интересно, что скажет оловянный солдатик? Бедняжка, он по сравнению с кукленком все равно что нищий. Бобеш призадумался, какую из Боженкиных кукол выбрать Мальчику с пальчик в невесты. Ведь у нее все куклы такие большие. «Нет, — подумал Бобеш, — лучше уж попросить дедушку — пусть он сделает для Мальчика с пальчик маленькую куколку». На это, понятно, дедушке потребуются краски. Сейчас он их и купит. Кстати, вот и лавка, а напротив нее дом лесничего. Высоко на фасаде красовались огромные оленьи рога.

Бобеш полюбовался рогами, но недолго. От монетки горела рука, и ему хотелось поскорее заполучить краски.

За окном лавки была выставлена всякая всячина. Колбасы на веревочках, расписные кружки, какие-то диковинные инструменты, блюдо с рисом и рядом каравай хлеба, белые булочки, рогалики, много разных пакетов с надписями. Но красок нет и нет, хоть все глаза прогляди. Бобеш почувствовал что-то вроде голода. И чем дольше смотрел он на рогалики и колбасы, тем больше убеждался, что хочет есть — ну просто терпения не было!