Йозеф Плева - Маленький Бобеш

— Нет, мамочка, я только загляну на горку. Там сейчас катаются на санках. Миладка обещала меня покатать.

— Ты будешь ходить по льду и упадешь в воду.

— Нет, не буду.

— Или опять где-нибудь пропадешь. А у меня нет времени тебя искать. У меня других забот хватает.

— Нет, честное слово! Я все время буду на горке. Увидишь сама, что никуда больше не пойду. Выгляни и увидишь — я здесь.

— Ну, пусти его, — сказала бабушка матери. — Хоть минутку покой будет.

— Беги, ладно. Но, как только я тебя позову, сразу же вернешься. Договорились?

— Договорились. Только ты не зови меня слишком рано.

— Иди уж, иди, — ответила бабушка.

— Дай, бабушка, ему пальто и шарф, — сказала мать.

— Нет, шарфа мне не нужно, ребята надо мной смеются. Говорят, я похож на бабку.

— Пусть смеются, от смеха холодно не будет, а без шарфа замерзнешь.

— Ну, всего хорошего! — И Бобеш хлопнул дверью.

— Вот озорник, даже полка затряслась, — не утерпела бабушка.

— Что вы на него все нападаете? — отозвался дед.

— А ты вечный заступник!

На реке было оживленно. С горы съезжали ребята на санках, пролетали через всю замерзшую реку и оказывались далеко на лугу. На реке, чуть пониже, катались на коньках. Снег замерз и скрипел под ногами. Ветер сметал свежий снег в маленькие островерхие сугробы. Бобеш прошел напрямик через несколько таких мягких сугробов. Не то чтобы их трудно было обойти — нет, была и другая дорога, протоптанная и широкая, но такие сугробы, казалось, были созданы специально для того, чтоб их растаптывать. «В конце концов, — думал Бобеш, — ни на что другое такие сугробы и не годятся».

Вдруг на санках мимо него пронеслась Миладка.

— Эй, Бобеш, Бобеш! — закричала она.

Девочка сидела вместе со служанкой Фанкой, которая управляла санками.

Бобеш остановился и ждал, когда Миладка появится снова.

— С дороги, с дороги!

— Берегись!

Бобеш отскочил в сторону, потому что на него наезжали санки, но оказался прямо перед другими.

— С дороги, с дороги! — кричали на него.

Бобеш растерялся и не знал, куда ему деваться. В последнюю минуту мальчик, управлявший санками, повернул их немного в сторону, но все-таки задел ногой за Бобеша, и тот упал. Мальчик тоже вылетел из санок, санки покатились боком и перевернулись вместе с остальными тремя седоками.

— Надо бы ему задать трепку! — сердился мальчик, вылетевший из санок.

Бобеш барахтался в снегу. Снег у него был и за шиворотом, и в ушах, и во рту. Подошли остальные трое ребят и тоже стали ругать Бобеша. Только те, кто без приключений съезжал вниз, весело смеялись и покрикивали. Тем временем вернулась и Миладка.

— Ты похож сейчас, Бобеш, — сказала Фанка, — на снежную бабу. Подожди, я тебя немножко отряхну.

Все вместе стали подниматься на гору.

— Какие у тебя, Миладка, санки?

— Салазки.

— Салазки? Почему они так называются?

— Это особые санки — у них перёд загнутый, как рога.

— Ну, вижу. Тебе мама их купила?

— Да, в подарок к рождеству.

— Такие загнутые рога бывают у барана, правда?

— Не знаю. Я барана никогда не видела.

— А я видел в усадьбе, когда мы жили еще в деревне.

— Да?

— Вы еще не вываливались?

— Что ты думаешь, мы так плохо ездим? Видишь, Фаня, он спрашивает, не перевертывались ли мы ещё.

— Что ты, мы не падаем!

— Бобеш, ты садись между мной и Фанкой, чтоб не упасть. Знаешь, как будет свистеть ветер! Ужас! Ты такого вообще еще не видывал. Скорый поезд в сравнении с нашими салазками — черепаха.

— Правда?

— Правда ведь, Фанка?

— Конечно.

— Ну, садись и держись, Бобеш, крепко.

Санки двинулись.

— Уже едут, да?

— Да, я даже говорить не могу.

— С дороги, с дороги! — кричала Миладка.

И Бобеш тоже кричал, хотя дорогу им никто не преграждал. Вмиг они были уже внизу.

— Вот это съехали!

— Здорово!

— Ты заметил, что мы всех обогнали?

— Заметил.

— Ну, а завтра я буду кататься и утром и вечером с Силушкой. Она сегодня не может. Они пошли покупать украшения на елку. У нас будет, Бобеш, чудная елка!

— А у нас не будет никакой.

— А почему? — удивилась Миладка.

— Потому что нет денег.

— Даже на маленькую елочку нет?

— Нет.

— А у нас уже елка дома… Правда, Фанка? Такая большая, больше, чем папа. Знаешь что, Бобеш? В праздник, когда будут колядовать, приходи к нам.

— Миладка, а помнишь, что мама сказала? Никаких мальчиков не звать.

— Ну, Бобеша, я думаю, можно.

— Я не знаю, но боюсь — мама будет сердиться. Помнишь, что вы наделали в последний раз?