Бенно Плудра - Остров лебедей

Стефан садится на доску. Так же, как когда-то сидел с Губертом — после того, как Губерт Канадку искупал и они вместе убежали. Вспомнив этот день, Стефан подумал: сколько мороки из-за Губерта! Но что ж тут поделаешь — Губерт его друг. Или почти друг. Настоящий-то друг все же Тассо. Им и останется. Но все равно Губерт теперь — свой.

Со скамьи Стефану хорошо виден котел, а иногда и Артур и каноист — их круглые спины, словно из-под земли, вдруг вырастают над кучей песка. Над котлом вьется дымок, мирно поднимается к солнцу. Оно как раз выглянуло и подсвечивает край большого белого облака.

Приходит каноист. Стефан идет за ним, говорит:

— А ты быстро вернулся.

— Уплотнитель до зарезу нужен. Сегодня надо достать, а то завтра к Артуру не подступись! Ты скажи лучше, что надо было этому лбу от тебя?

— Лбу? Ты о ком?

— Ну, парню в потрясной куртке?

— Правда потрясная. Губерт ее порвал.

— Вон оно что!

— Всё не так было, — говорит Стефан. — Этот в канадской куртке, он сам виноват. А теперь требует каждый день пять марок.

— Пять марок?

— От Губерта. Каждый день пять марок.

Каноист поднимается по ступенькам в вагончик. Там — ведро, вода. Он берет мыло, моет руки, ополаскивает лицо и спрашивает изнутри:

— Каждый день пять марок?

— Каждый.

— Настоящих пять марок?

— Настоящих.

— А у него все в порядке?

— Гангстер он, бандит.

Каноист выглядывает из двери, причесывается, непонятно, правда, зачем — волосы как торчали в разные стороны, так и торчат. Стефан даже слышит, как они потрескивают. Вот-вот искры посыплются.

— Надо торопиться, — замечает каноист. Щелкает замок. Уже на ходу каноист говорит: — Ишь ты! Каждый день пять марок!

Они идут быстро, каноист на три шага впереди. Грохочут два бульдозера — ровняют землю между высотными корпусами.

— На нервы действует — трещат со вчерашнего дня. А ты знаешь, для чего они тут место готовят?

— Не, — отвечает Стефан. — А ты?

— Под детскую площадку.

— Детскую площадку? Ах, да! Мне отец давно еще говорил. — Знаешь, значит.

— Тогда скоро и дерево надо будет ставить. Ты нашел? Знаешь, где взять?

Каноист не нашел, но он говорит:

— А вы? Где ваш бегемот?

— Так скоро его не сделаешь. Но Лариса уже нашла скульптора.

— Вот как, скульптора! — Каноист вдруг останавливается, хотя и очень спешит. — Это вам повезло с Ларисой. Толковая она. Но площадка-то будет совсем другая.

— Как это — другая? Какая другая?

— Другая. Места для бегемота не будет.

— Ты это точно?

— И для старого дерева — тоже.

— Ни бегемота, ни старого дерева?..

— Ничего этого не будет, — говорит каноист. — Все совсем по-другому. Пошли скорей!

Стефан — ни с места. Спрашивает:

— Как по-другому?

Каноисту некогда, да и неохота ему.

— Пошли, пошли! — говорит он, и Стефан идет за ним, ни о чем уже не спрашивая.

Бульдозеры тарахтели два дня, всю территорию выровняли. Потом приехал экскаватор, не очень большой, и выкопал три квадратных ямы. Совсем неглубоких. И укатил. Ребята сразу в эти ямы и давай копать пещеры в боковинах. Бывали дни, когда там несколько десятков ребятишек копошились.

Но только от среды до воскресенья. В понедельник появилось объявление: «Вход воспрещен. Родители отвечают за детей». А во вторник все три ямы огородили дощатым забором, и это место стало похоже на строительную площадку — может, тут детский сад будет или гаражи? На место для ребячьих игр совсем не похоже! А что будет детская площадка — поверить невозможно, разве только кому-нибудь заранее известно.

Но ребята продолжают играть в ямах. Между двумя уже прорыли тоннель, интересно стало там прятаться. Об опасности никто не думает!

— Кто здесь тоннель прокопал? — спрашивает отец Стефана.

— Ты думаешь — я? Я не копал. — Они стоят над средней ямой, оттуда хорошо видны черные дыры — вход и выход из тоннеля.

— Надо ж! — говорит Герман. — В такой сыпучей земле тоннель выкопали! И как он до сих пор не завалился?

— Две бетонные трубы, и всё! Никогда не обвалится, — говорит Стефан.

От удивления отец не знает, что сказать.

— Вы тут все с ума посходили!

— Гаральда надо попросить. Он нам даст бетонные трубы.

— Какого еще Гаральда?

— Дружка моего. Гаральд — вон из того зеленого вагончика.

— Ах, этот. Волосы еще такие…

— Да, да, — говорит Стефан. — Он мой дружок. Он нам даст две трубы. Больших. А то и три.

— Знаешь что! — возмущается отец. — Ты лучше послушай, что я тебе скажу: тоннель незаконный, нелегальный тоннель! Это запрещено, это опасно. Мы не будем укреплять его. Мы его закопаем. Сейчас же!