Иван Бауков - Юность моего друга

Андрей не хотел вмешиваться в чужие дела, но с каждым днем жизнь в доме Геннадия Ивановича его все больше и больше угнетала. Жил Андрей в отдельной комнате, которая, видимо, была рабочим кабинетом хозяина. Обстановка в ней простая: стол круглый, стол письменный у окна, этажерка с книгами и книжный шкаф, забитый наполовину книгами, наполовину старыми ненужными чертежами. Книги Маркса, Ленина стояли на самом виду.

Выспавшись, Геннадий Иванович заходил к «будущему инженеру», как он звал Андрея.

Однажды, войдя к Андрею и окинув комнату взглядом, он вдруг закричал:

— Лена! К черту! Кто брал книгу?!

Андрея это изумило. Книгу брал он, Андрей, но он поставил ее на то же самое место. Андрей не мог понять, каким образом Геннадий Иванович узнал о том, что книги кто-то трогал.

Когда Андрей, извинившись, спросил, почему книгами нельзя пользоваться, Геннадий Иванович ответил:

— Я у во всем люблю порядок. Я ищо сам их не читал.

Тут же он начал жаловаться на трудную жизнь, на несправедливость со стороны начальства завода.

— Она у десять раз тупее меня, — говорил он про свою жену, — а ей на заводе почет. А я бьюсь-бьюсь — усе равно на летучках меня ругают.

Он садился, закуривал и переходил на лирический откровенный разговор:

— Плохо мы живем. Думаешь, я не понимаю, что нам нужна кухарка? Понимаю. Нам даже две кухарки надо: мы инженеры. Я хочу построить жизнь так, щоб только взглянул на ногу, а туфли уже тут как тут. Я ведь сколько пережил, пока учился. Голодал, жульничал, лишь бы только добиться своей цели: стать инженером. Я так учился, что лишней книги не прочитал. Усего себя учебе отдал.

Теперь Андрей понимал, с кем он имеет дело, и осторожно сказал:

— Вам учиться дальше надо.

— А я обязательно пойду учиться. Вот брошу к черту жену, дочь и уйду в аспирантуру.

— В аспирантуру вас могут и не принять, — сказал Андрей.

Геннадий Иванович встал на дыбы.

— Меня? Не принять?! Я до ЦК дойду. У меня биография рабочая.

— Биография биографией, но для того, чтобы учиться в аспирантуре, надо свою тему иметь.

Это замечание не сбило спеси с Геннадия Ивановича.

— Тему мне профессора дадут. Они за это деньги получают. Теперь, знаешь, дело как поставлено — профессор отвечает за аспиранта. И если што, он же и поможет мне написать диссертацию.

Слушая Геннадия Ивановича, Андрей думал: «Да кончал ли он институт? Каким образом и в наше время воспитываются подобные самодуры? Неужели же действительно анкетные данные делают человека хозяином положения, а не его настоящая работа?..»

Андрей понимал, что это было не так, но факт оставался фактом.

Узнав, что Андрей подружился со сталеваром Василием Бородиным, Геннадий Иванович счел своим долгом сделать Андрею замечание.

— Андрей Петрович, я, как старший товарищ, — глубокомысленным тоном сказал он, — как другу говорю: это не ваша компания. Вы будущий специалист, интеллигенция, вам надо дружить с людьми равными.

Тут уж Андрей молчать не мог и попросил Геннадия Ивановича не вмешиваться в его дела.

Вскоре Андрей так возненавидел Геннадия Ивановича, что перешел от него в общежитие, не дожидаясь окончания практики.

Случилось это в один из сентябрьских дней. У Андрея была домашняя работа, и он в квартире остался один. Только Пустоваловы ушли на работу, как в дверь кто-то робко постучал. Андрей открыл дверь и увидел перед собой пожилую женщину с усталым лицом. Обвешанная сумками, с обшитой холстом корзиной в руках, женщина представилась:

— Я сестра нашего Генки, Аня. Йон дома?

Ее простонародный белорусский говор, наивный до откровенности, покорил Андрея. Андрей помог ей внести корзину и сумки в квартиру, а она сразу почувствовала себя как дома и начала выкладывать из сумок деревенские подарки для брата. В квартире запахло сеном, яблоками и тем неповторимым, горьковатым запахом деревни, от которого демонстративно отворачиваются люди, считающие себя интеллигентами, и который людям, выросшим в деревне, напоминает детство… Аня бережно выкладывала свои гостинцы, и было видно, что они заработаны потом и кровью…

Опорожняя свои сумки, она безумолку говорила.

За час она успела рассказать и про свою жизнь, и про жизнь Генки, и про жизнь всего их села, и даже района. Ей так понравилась квартира брата, что она заглаза сразу же полюбила и сноху и племянницу. Она считала, что и они помогли Генке зажить так, как он сейчас живет.

И вот настал момент, когда в квартире появился Геннадий Иванович. Первые его слова были: