Сват, присев на корточки, протянул руку к Барбосу. Тот вздрогнул и, оскалив зубы, зарычал, но Сват ловко ухватил его сверху за шею и принялся щупать шкурку, бормоча:
— Ничего, ничего… Собачка молодая… Ц-ц-ц. Ворс слабый, есть негодный — лезет… Ай-ай-ай… Сколько вам?
— Два рубля, — сказал Жорка.
Сват встал, повернулся к меховому мальчишке и погрозил пальцем:
— Мильен раз тебе, сатане, надо говорить — всю сердце мне надорвал: не кривляй рожу! И что с ним, ребята, делать: и бил, и за ухи таскал — неймется ему и на! Два рубля обидно мне будет… Время летнее, шерсть лезет… шкурка негодная. Куда ее — кинуть…
— Мы не на шкурку, — испуганно сказал Васька. — Чтоб вы ее кому-нибудь продали…
Сват со скукой посмотрел на мехового мальчишку.
— И как не совестно: ты взглянь на себя, ни одна, никакая обезьяна в обезьяннике так не ощеряется. Кто ты теперь есть? Обезьяна, и больше ничего! А за собачку, ребята, больше одного рубля не могу…
Сравнение с обезьяной, видно, ничуть не пристыдило мальчишку — наоборот, пришлось ему по душе, а пока отец рылся по карманам, он весь как-то подобрался, оскалил зубы, забегал глазами, начал быстро почесываться и выкусывать что-то между ногтей…
Сват вручил Жорке рубль, влепил затрещину мальчишке, схватил одной рукой его, а другой — горько голосившего Барбоса, втянул их во двор, и калитка захлопнулась.
— Вот и все! — сказал Жорка притихшим Ваське и Кольке. — Уж так и быть: придется и за кроликом с вами сходить. Все равно учебник по-новому размечать, чтоб он пропал!..
Опять в клетке появился кролик. Такой же, как и первый. Теперь у Васьки с Колькой было чем заняться! Они приносили с лесных полян самый молодой клевер, и мышиный горошек, и ивовые веточки, самые зеленые и нежные.
Когда у них спрашивали:
— Эй, вы куда?
Они в один голос гордо отвечали:
— За травой! Кролику!
Огороды свои они привели в полный порядок: матери Коськи и Котьки теперь уже не на что было завидовать — капуста перестала расти, а морковка с каждым часом делалась все реже.
Тем более что кролик, видно, не знал, что может быть какое-нибудь другое дело, кроме еды: весь день сидел на одном месте и быстро-быстро двигал губой с усиками, поедал и клевер, и мышиный горошек, и капусту, и морковку. Ивовые веточки он обгладывал точно так, как рассказывал Колька, — оставались только голые белые палочки.
Кролик ел, а Васька и Колька сидели перед клеткой и наперебой радовались.
— А все-таки он хороший, этот братец-кролик!
— Еще какой!
— А здорово все-таки, что он у нас есть!
— Еще бы не здорово!
— Я страшно рад! А ты?
Помолчав минут пять, они начинали снова:
— Неинтересно было бы без кролика, правда?
— Ничего интересного!
— А с ним здорово, верно?
— Ага!
— Если б Барбос одного не съел, было бы два!
— А два было бы еще лучше, а?
— Куда лучше!
— А Барбосу так и надо! Верно ведь?
— Конечно. Не ешь чужих кроликов.
— А интересно, что он сейчас делает?
Ребята смолкли и пригорюнились, вспомнив, как собачник щупал у Барбоса шкурку и говорил: «Ворс слабый…»
— Как ты думаешь, он его… с ним ничего не сделает?
— Да нет.
— А куда он денет? Кому-нибудь отдаст?
— Наверное! Хорошо б к доброму хозяину. Интересно, что Барбос сейчас думает?
— Скажет: и зачем я только этого кролика трогал!
— Там у этого собачника плохо…
— Что ж хорошего? Слышал, как там собаки воют, визжат? А Барбос-то как испугался!
— Да еще мальчишка какой-то злющий! Кривляется! Он их, наверное, мучает!
— И за дело. Так ему и надо. Нечего его жалеть. Все рвет, все грызет! Даже кролика! Как будто не знает…
— А откуда он знает…
— Должен знать! Не трогал бы кролика, жил бы сейчас здесь! Хотя без него лучше, а? Очень был бестолковый, а?
— Да он еще маленький. Но все равно лучше! Тихо, спокойно… Только, правда, как-то скучно…
И правда: скучно стало во дворе… Ветерок шевелил выстиранные полотенца — никто их не стаскивал, не грыз и не таскал по грязи. Два нахальных облезлых цыпленка опять проникли во двор и, попискивая, царапали ногами землю. Васька раньше, до Барбоса, посыпал этим цыплятам пшена, а сейчас схватил половинку кирпича и что было силы запустил в цыплят. Цыплята с писком юркнули в какую-то дыру, а кирпич гулко ударился в забор.
— Ты чего, ай очумел? Чего швыряешься? — раздался из-за забора голос соседки.
— А чего они тут ходят? — вызывающе ответил Васька.
Читать дальше