Андрей Максимов - Солнце на дороге

— Надо идти, — сказал Малко. — Встать на дорогу и идти.

Антошин не успел ответить: его отвлек шум крыльев прямо над головой.

Мгновение — и на плечо Малко сел ворон.

— Вук? — удивился Малко.

Ворон копался клювом в волосах мальчика, словно здоровался.

Антошин обрадовался ворону, будто старому знакомому.

Впрочем, его прилет означал печальную весть.

— Если Вук прилетел, значит, Стан умер? — спросил удивленно Антошин.

— Мой отец говорил: «Человек умирает, когда у него заканчиваются знания». Стан направил нас неверной дорогой — это значит, у него кончались знания. Вот он и умер. Человеку, у которого кончаются знания, нет смысла жить.

Антошин вспомнил, как Стан говорил: умру — и моя душа поселится в Вуке. Это что же получается, к ним не просто ворон прилетел, а душа старика?

Малко вздохнул:

— Не было у нас одолень-травы, вот и не вышло ничего…

Вук перелетел с плеча Малко на плечо Антошина и тоже начал копошиться в волосах.

— Что же поделать, ничего страшного… — Антошин пытался бодриться. — В жизни частенько так бывает: идешь-идешь к какой-нибудь цели, кажется, вот она, рядом. Глядь, а это болото.

— Болото — плохое место, — согласился Малко. — Неясное. Не твердь и не вода. Плохое место.

Мальчик-старик сидел на берегу острова и кидал в море камешки. Камешки, булькнув, падали в воду, почему-то не оставляя кругов.

Антошин понял, что ему мучительно хочется отыскать эти самые молодильные яблоки. И не только потому, что он привык обязательно добиваться цели. И не потому, что надо непременно купить дом для сына…

Но вот эта тайна бессмертия… Он должен, обязательно должен ее узнать. Непременно!

Еще совсем недавно полковник не очень-то верил в разговоры про эту тайну. Но теперь, после всех невероятных событий, он был убежден: если тайна бессмертия существует, то раскрыть ее можно только в этой безумной, но все равно ужасно привлекательной стране.

Это далекое время, в котором он уже столько раз мог погибнуть, нравилось полковнику. Черт возьми, это было невероятно и нелогично, но это было так: нравилось!

Малко и Антошин поднялись.

— Прощай! — крикнул Антошин мальчику-старику.

— Прощайте! — ответил тот. — Только вы, дяденька, больше сюда не приходите! Тут ничего интересного нет, только трупы.

И мальчик растаял так же, как и появился — среди развалин древнего города острова Буяна.

Антошин и Малко вошли в лес.

Вук летел над ними, явно не собираясь их покидать.

Теперь их было трое.

И дорога.

И лес, от которого, Антошин знал это абсолютно точно, ничего хорошего ждать не стоило.

Но если вышел на дорогу, надо идти. Дорога только для того и предназначена, чтобы мерить ее шагами.

«Если вышел на дорогу, надо идти». Хорошо сказано, красиво. Жаль, неконкретно совсем.

Куда идти-то? Где искать этих самых ведьм? Тем более не очень понятно даже, как они выглядят. Точнее, совсем непонятно…

— Малко, а ты знаешь, как выглядят ведьмы?

Малко посмотрел удивленно:

— Тебе чего, даже неизвестно, как можно ведьму распознать? Как же ты живешь-то?

Антошин посмотрел с иронией: мол, неужели не понятно, что с детства я только тем и занимаюсь, что распознаю ведьм?

Малко насмешку во взгляде не принял, ответил серьезно:

— Что это за заоблачная страна такая, в которой люди не умеют ведьм распознавать? Или у вас вообще ведьм нет? Но ведь жить без ведьм — означает не ведать ничего. Так ведь быть не может…

Антошин подумал, вспомнил некоторых своих знакомых дам и ответил уверенно:

— Ведьмы у нас есть.

— Ведьмы везде есть. А как распознаёте-то?

— Как распознаем? — Полковник задумался. — Тут нет у нас системы, в этом ты прав.

— Бедные вы люди!

В голосе Малко не звучало и тени издевки: он жалел искренне.

Антошин ждал, что парень расскажет, как ведьм распознавать. Но Малко молчал. А полковник решил не приставать к нему с расспросами, хотя и было ужасно интересно, как обычную женщину от ведьмы отличить.

Неподалеку от морского берега лес рос редкий и некрасивый. Серо-белые ветки, похожие на сосульки, опускались почти до самой земли. Яркие зеленые цвета исчезли. Лес казался сухим и злым.

Антошин не до конца разобрался во взаимоотношениях человека и дороги в этой стране. Ясно было только, что такие взаимоотношения существуют, что люди относятся к дороге как к живому существу — и это само по себе было поразительно.