Сфинкс - Паутина

— Ксения, я боюсь… За тебя и за отца, и за Гермиону… — парень взволнованно теребил ее пальцы и смотрел на их переплетенные руки. — Судя по реакции Гермионы, эта твоя задумка с проводником не самое легкое и безопасное занятие.

— Джим, все будет хорошо. Все получится, — она обняла его, сомкнув руки на его шее.

— Но ведь тобой управляют, неужели ты не понимаешь? — с болью произнес Джеймс. — Тобой играет Дамблдор — так же, как он играл моим отцом. Я боюсь, что в итоге ты станешь такой же…

— Нет, что ты, — она отстранилась и заглянула в его обеспокоенное лицо. — У твоего отца не было выбора. Его заставили стать частью пророчества, понимаешь? Он не мог выбрать, потому что выбор сделал Волан-де-Морт. У твоего отца никогда не было выбора — он просто с осознанием шел по тому пути, на который его толкнули. У меня же был выбор, я сама его сделала. Мною никто не управлял, никто на меня не давил. Я просто знаю, что должна помочь Гарри Поттеру, потому что это решит судьбу света. Света, за который я столько боролась в других, света, которому я поклялась служить…

Джеймс смотрел, мучительно пытаясь найти слова, чтобы отговорить ее, но при этом понимая, что он может потерять отца. Как выбрать?! Невозможно. Тем более у него тоже не было выбора — эта привилегия досталась лишь Ксении. И, наверное, он должен был принять ее решение, смириться. Разве не за эту ее борьбу за свет он так сильно ее любил? Разве не это выделяло Ксению из сотен других девушек?

— Что значит стать проводником?

Ксения мягко улыбнулась, убирая его волосы со лба:

— Это магический обряд, который может совершить лишь настоящий целитель душ. Я должна буду соединить себя с миссис Уизли, а потом провести ее в твоего отца, на уровне чувств, на уровне души. Я могу видеть души, я могу их чувствовать, я могу в них проникать. И я могу провести туда кого-то другого и удерживать связь. Но я могу сделать это лишь однажды, потому что даже моих магических сил мало, чтобы совершить подобное дважды.

— Есть шанс, что ты все-таки сохранишь свой дар? — шепотом спросил Джеймс, кажется, уже начиная примиряться.

Она лишь покачала головой, но глаз не опустила. Не было на ее лице ни сожаления, ни грусти — лишь решимость.

— Я всегда знала, что однажды это произойдет, так что ты тоже не должен переживать, — сказала Ксения. — Ну, Джим, улыбнись, все будет в порядке. Я останусь целителем, я буду делать то, чего хотела всегда — исцелять людей. И у меня будешь ты… А у тебя будет отец…

Папа. Что же с тобой происходит, отец?

— С ним действительно все так плохо, как ты говорила Гермионе? Он действительно может… умереть?

Ксения покачала головой:

— Не умереть. Угаснуть. Утонуть, захлебнуться. Душа не выдержит, она захлестнет твоего отца, она затопит его разум, его чувства, и он просто сгорит. За несколько дней. И это состояние уже близко. Я видела, как тьма растет внутри него, как она поглощает Гарри Поттера… Я уверена, что у него даже есть симптомы ухудшения: сны, где мешается свет и тьма, вспышки гнева и раздражения, тоска, неприятие близких людей, желание убить и причинить боль. Потом он станет безразличным ко всему, просто его поглотит внутренний мир, и внешний мир ему уже будет не нужен. И он уйдет от нас, уйдет от реальности, он утонет в той тьме, что растет внутри него. Он уже не вернется из своего туннеля… И останется там навсегда…

Джеймс крепко зажмурился, чувствуя, что слова Ксении причиняют ему физическую боль. Она обняла его, прижала к себе, ее прохладные руки гладили его затылок.

— Прости, не нужно было мне этого говорить, — прошептала она. — Все будет хорошо, я уверена, Гермиона справится…

— Почему именно она? — выдохнул он, чувствуя, как откуда-то взявшиеся слезы появляются на глазах. Почему слезы? Откуда?

— Потому что она была с ним всегда, она была с ним с того момента, как обычный мальчик-сирота был вынужден стать героем и спасителем, был вынужден учиться ненавидеть, мстить, убивать, терять близких, но все равно биться за весь мир… Она знает его, как никто другой. И она сильная. И ей понадобятся все ее силы, чтобы пройти тот туннель самой и провести по нему Гарри Поттера. И не просто провести — вывести его оттуда. И выйти самой.

— Ксения…

— Я буду рядом, я помогу им, — прошептала она, увидев страх в его глазах. Заметила ли она слезы? Наверное.

— Можно, я пойду с тобой?

— Нет, — твердо ответила девушка, чуть отстраняясь. — Ты можешь помешать.

— Но я не смогу быть тут, зная, что ты и отец…! — он встал и начал ходить по комнате. Девушка следила за Джеймсом глазами.