Сфинкс - Паутина

Он брел по улице, стараясь избегать грязных луж посреди тротуара. Наступил октябрь, принеся дожди, туманы и зябкий холод. Даже теплые мантии не спасали от озноба.

Но Косая аллея, как и всегда, кишела людьми. Тедди видел фигуры мракоборцев, маячившие в переулках и переходах. Почему Министерство не поставит всех в известность? Даже если мракоборцы возьмут под охрану каждый дом, у оборотней будет преимущество — неожиданность. Потому что никто из обычных волшебников не ожидал, что на него может в любой момент напасть оборотень. В любой момент. Всегда.

Тедди запахнул мантию и свернул к «Дырявому котлу». После произошедшего с Джинни Люпин уже не мог заставить себя есть «У Элоизы», поэтому теперь он обедал в заведении Тома.

Есть особо не хотелось, потому что утром бабушка Андромеда, заметив, что Тедди похудел «из-за постоянных переживаний», впихнула в него завтрак, рассчитанный, наверное, на стадо фестралов. Бабушка еще ворчала, что Мари плохо забоится о ее любимом внуке, но Тедди только ухмылялся. Такие разговоры от Андромеды он слышал каждый раз, как заходил к ней. На самом деле, бабушка любила Мари-Виктуар.

Тедди купил себе чай с мятой и пару бутербродов, сел за столик в темном углу, чтобы не привлекать внимания многочисленных посетителей «Дырявого котла», и начал есть, наблюдая за волшебниками и другими странными существами, которые входили в паб.

Люпин в последнее время умножил свою бдительность. Он подозревал, что оборотни скоро снова нанесут удар по Гарри Поттеру. Но сам крестный сейчас был хорошо защищен, его дети недоступны. Значит, враги найдут другую жертву. И почему-то Тедди подозревал, что этой жертвой может стать он. Хотя было у молодого человека предположение, что он будет не жертвой, а, скорее, заложником. Потому что оборотням нужно выманить Гарри Поттера из укрытия, иначе они никогда до него не доберутся.

Люпин насчитал шесть уже знакомых ему лиц. Он хорошо запоминал лица, в отличие от имен. Троих он часто встречал на Косой аллее. Одна волшебница — подруга его коллеги. А двоих он просто уже видел где-то рядом с собой. Молодой маг с наивной немного улыбкой. И бледный волшебник с густой бородой и запавшими щеками.

Люпину вообще перехотелось есть. Он поднялся, застегнул мантию и поспешно покинул «Дырявый котел». Он не оглядывался, каким-то шестым чувством понимая, что за ним никто не идет. Немного расслабился и успокоился. Нельзя поддаваться панике.

Тедди трансгрессировал из переулка прямо к зданию больницы Святого Мунго. Через два дома от нее находилась волшебная типография, а также редакция «Еженедельного Пророка». Люпин отделился от стены, возле которой возник из воздуха, и зашагал по тротуару, смешавшись с магглами.

И тут звериный инстинкт, который он всегда списывал на наследственность, подсказал, что кто-то следует за ним, не спуская глаз с его спины. Тедди не оглядывался, не ускорял шага. Ему нечего было опасаться. Люпин знал, что где-то рядом находятся мракоборцы, охранявшие больницу и типографию. Никто не осмелится напасть на него здесь.

Тедди спокойно дошел до входа в типографию — просто глухая стена из кирпича, сквозь которую он легко прошел, удостоверившись, что магглы не обращают на него внимания.

Люпин поднялся на второй этаж, в свой кабинет. Другие сотрудники тоже возвращались на рабочие места, махая Тедди и переговариваясь. В коридорах привычно пахло типографской краской и газетными страницами.

Люпин сел за свой стол, на котором уже были сложены оттиски газет для вычитки, и углубился в первую же попавшуюся страницу.

Тедди любил свою работу, ему нравилось узнавать все новости первым. Даже глупые статьи из провинциальных журналов о повадках гномов, о десяти способах притвориться магглом, о применении магии в огородах — даже они доставляли удовольствие. Над многими всегда было можно хорошо посмеяться.

Тедди притянул к себе чашку с остывшим давно кофе, не отрываясь от чтения первой полосы нового номера «Пророка» — Министр нес какую-то ахинею о том, что международное сотрудничество должно быть строго организовано и нести на себе «печать мудрости поколений и вековых традиций». Люпин бы с большой охотой познакомился с тем высокоразвитым мозгом, который писал для Министра речи.

Дверь в кабинет отворилась. Тед поднял глаза, не удивляясь, что кто-то может прийти к нему — в типографии вечно появлялись странные субъекты с предложениями для печати того или иного журнала или просьбами об издании научного труда о каких-нибудь кизляках и нарглах.