Жаклин Уилсон - Лола Роза

Пришло письмо из больницы. Это было первое письмо, которое мы получили на новый адрес.

У мамы так дрожали руки, когда она его вскрывала, что вместе с конвертом порвалось и письмо. Она растерянно держала в каждой руке по половинке.

— Ну вот и все, дети, — сказала она. — Операция в четверг. В этот четверг… Быстро это у них. Мистер Кей, правда, говорил, что хочет взять меня на операцию как можно быстрее.

Мама улыбнулась, как будто мистер Кей сгорал от нетерпения назначить ей свидание.

— Мама, я не хочу, чтобы ты ложилась в больницу, — сказал Кендэл. — Тем более в четверг. По четвергам мы ходим в бассейн. Ты не можешь уехать.

— И все-таки придется мне уехать, дружок, — сказала мама.

Но в среду вечером уверенности у нее поубавилось. Она начала пить. Я испугалась, что она снова перепьет.

— Мама, тебе нельзя напиваться, когда ты завтра должна быть в больнице. — Я попыталась незаметно убрать бутылку.

— А ну поставь на место, Лола Роза. Нет, лучше налей мне еще стаканчик.

— Мама… — Я налила ей совсем чуть-чуть, а потом нарочно уронила бутылку.

Пол был весь залит и засыпан осколками. Я порезала пальцы, пытаясь убрать всю эту грязищу. Мама дала мне оплеуху за то, что я такая бестолочь. Я заплакала. Мама тоже заплакала. Потом мы долго сидели, прижавшись друг к другу, и грустно молчали. Я принесла Кендэла к маме в кровать, и мы улеглись все вместе. Не думаю, чтобы мама спала в эту ночь. Каждый раз, как я просыпалась, глаза у нее были широко открыты.

Мне все время снились кошмары. От Джорджа пахло хлоркой, и мне снилось, что мы все, вцепившись друг в друга, погружаемся в воду, где нас поджидают акулы.

Мы встали очень рано. К завтраку мама купила круассаны и датские пирожные, чтобы нас побаловать. Сама она ни к чему не прикоснулась. Кендэл выковырял коринки, облизал крем, а есть почти ничего не стал. Я доела все три пирожных, хотя они немного подсохли за ночь. Но сколько я ни ела, мне все равно казалось, что внутри у меня пусто.

Мама не захотела как следует с нами прощаться.

— Давайте не будем устраивать прощание, а то мы все разревемся. Всё, дети, пора в школу. В холодильнике найдете кое-что вкусное к чаю. Кендэл, слушайся Лолу Розу и ложись спать, когда она тебе скажет. Я вернусь, как только смогу. В больницу не ходите, а то вдруг кто-нибудь спросит, почему вы одни. Ну, идите. Валите в школу! И не глядите на меня такими испуганными глазами. Ничего со мной не случится. Обещаю. Я ведь госпожа Удача.

Я отвела Кендэла в школу и бегом вернулась домой. Мама выбежала на звук ключа, порозовев от радости. Она, видимо, надеялась, что это Джейк.

— Лола Роза!

— Я помогу собрать вещи для больницы и провожу тебя.

Мама вздохнула, но у нее не было сил отправлять меня обратно в школу. Она достала свой чемодан:

— Помнишь, как мы бросали сюда все подряд в тот вечер, когда папа тебя ударил? Интересно, что он сейчас делает?

— Напивается. Поет. Флиртует с женщинами. Дерется. — Я открыла мамины полки и стала перебирать ее вещи.

— Как ты думаешь, может быть, сообщить ему на случай… — Мама остановилась.

— Нет.

— Но он ваш отец. Он вас правда любит, детка. А с Кендэлом он вообще всегда был очень мягким.

— Нет!

Я вынула ее любимую черную ночную рубашку.

— Мама, ты не можешь ходить в ней в больнице. Она прозрачная.

— Подумаешь, — сказала мама. — Хотя… — Она просунула руку под тонкий нейлон. — Да, пожалуй, немного просвечивает. Ну и что? Пусть мистер Кей хоть взглянет разок на пару великолепных грудей, прежде чем начнет выковыривать оттуда опухоль.

— Мама, прекрати.

— Хотя, пожалуй, эта рубашка будет странно смотреться поверх повязок, — мрачно сказала мама. — Может, лучше мне купить другую по дороге? — Она заглянула в кошелек. — Нет, пожалуй, не надо. Я должна устроиться на работу, как только выйду из больницы. Надо было раньше этим заняться, но мне так хотелось просто побыть с вами.

— Нам этого тоже очень хотелось, мама. Слушай, возьми мою рубашку. Она чистая, я ее всего пару раз надела. И ты в нее запросто влезешь.

Мама посмотрела на белую длинную футболку с мишкой на груди и сунула ее в чемодан.

— Ладно, сгодится. Выглядеть будет по-дурацки, зато прилично. И потом, мне будет казаться, что я прижимаюсь к тебе, Лола Роза. Это мне поможет. — Мама посмотрела на меня: — Как ты тут справишься, золотко? Слушай, я тебе на всякий случай оставлю свой мобильный. Только смотри не наговори очень уж большой счет, будь умницей. Ничего, что вам придется ночевать одним?