Оуэн Колфер - Четыре желания

Но Отрыжка в ответ только пожал плечами:

— Ну и что? Одним старым козлом меньше. Подумаешь, горе! И вообще, кончай ныть. Как ни крути, ты — соучастница.

Мэг открыла было рот, чтобы возразить, но не смогла. Бреннан говорил сущую правду. Что бы ни произошло здесь сегодня вечером, она в любом случае окажется соучастницей.

— Так что кончай стонать и пошуруй в комоде. У этого старого хрена наверняка где-нибудь наличные припрятаны. Так они все делают. Ну, чтобы денежки оставить кому-нибудь из родни!

Еще один перл премудрости из уст Отрыжки. Рука Мэг потянулась к ящику ветхого комода. «Открой его, — сказала она себе. — Открой, и черт с ними, с последствиями». Дрожащие пальцы Мэг перестали гнуться от стыда и страха. Внутри лежали старые фотографии. Пожелтевшие глаза строго смотрели на нее из-под мутного стекла. Мэг не могла заставить себя двинуться дальше. Все же преступление — это намного серьезнее, чем обычная шалость.

Она почувствовала локоть Отрыжки у себя под ребрами.

— Трусиха! — презрительно прошипел напарник.

И тут вспыхнул свет. Старый Лоури Маккол стоял на лестнице с древней двустволкой в руках. Очевидно, он был все же не настолько глух, как считал Отрыжка.

— Кто вы такие? — просипел Маккол сонным голосом.

Вопрос, скажем прямо, дурацкий. Если глубокой ночью ты обнаружил у себя дома двух незнакомцев, которые роются в твоих вещах, кем они, собственно говоря, могут быть?

Лоури ткнул большим пальцем в свою двустволку и повторил:

— Ну так что? Я вам, кажется, задал вопрос?

Отрыжка непринужденно рыгнул (именно за этот талант он и получил свою кличку) и сказал:

— Мы — грабители. А ты что подумал, старый хрыч?

Старик, зевая, начал спускаться по лестнице.

— Верно, пузан, именно это я и подумал. А теперь убери свои грязные лапы от моего комода, пока я тебе дырку в голове не проделал!

Мэг была потрясена. Прямо как по телику! Как в американском кино про полицейских, где у всех героев косички. Если и дальше все пойдет по сценарию, то сейчас Отрыжка должен свалять какую-нибудь глупость и тогда старикан пристрелит их обоих на месте.

Но случилось совсем другое. Раптор наконец обнаружил врага и нацелился на его голую лодыжку, видневшуюся из-под полы халата.

Разинув пасть, так что затрещали челюсти, питбуль прыгнул и вцепился в икру Лоури Маккола. Отчаянно завопив, старик принялся колотить пса ружейным прикладом, но он мог бы с тем же успехом лупить по бетонной балке. Если уж Раптор во что-нибудь вцепится, то разжать его челюсти могла только команда хозяина или смерть.

Мэг в волнении приплясывала вокруг.

— Отрыжка! Скажи ему, чтобы он прекратил! Скажи!

— Не парься! Будет знать старикан, как в меня из ружья целиться!

— Убери от него Раптора, немедленно! — завизжала Мэг и вырвала ружье из ослабевших пальцев Лоури Маккола.

Отрыжка был потрясен: глупая девчонка ревет! Хнычет, соплячка! Да еще нацелилась ружьем в Раптора!

— Кончай дурить, Финн!

Дело принимало забавный оборот. Интересно, эта дурочка хоть знает, как с ружьем обращаться?

— Убери своего пса! Я тебя в последний раз предупреждаю!

Теперь Отрыжка говорил с Мэг медленно, словно уговаривая младенца.

— Это же дробовик, дура. Если ты выстрелишь, то и старику тоже крышка.

Мэг колебалась недолго.

— Мне наплевать. По крайней мере, не будет мучиться. Считаю до трех, Бреннан. Поскольку до пяти ты все равно считать не умеешь.

Отрыжка медленно обдумывал услышанное. Думать быстро было попросту выше его способностей.

— Один...

Неужели Мэг на самом деле выстрелит? Вряд ли, слабо ей.

— Два...

С другой стороны, стоит вспомнить, что она учинила со своим отчимом Франко. К тому же это девчонка. А от них, от баб, можно ждать чего угодно.

— Тр...

— Хорошо, хорошо!

Лучше не рисковать — потом расквитаемся!

— Раптор! К ноге, мальчик!

Пес недовольно зарычал, не желая выпускать из зубов еще живую добычу.

— КОМУ СКАЗАЛ — К НОГЕ!

Покорившийся питбуль выплюнул остатки лодыжки Лоури Маккола, застрявшие у него в зубах, и потрусил к хозяину.

Мэг подбежала к старику. Тот из последних сил корчился на линолеуме, кровь хлестала из открытой раны. Под красными лохмотьями мяса виднелось что-то белое, и Мэг осознала с ужасом, что это — кость.

— Что мы натворили! — причитала она. — Что мы натворили!

Впрочем, на Отрыжку случившееся не произвело особенного впечатления.

— А чего мы такого натворили? Ну, сыграет старый хрыч в ящик на пару дней раньше — и что с того?