— К господину Шербану забрались воры. Вчера его не было дома, а кто-то расхаживал по его квартире. Он живет как раз над нами, и все хорошо слышно. Вор даже насвистывал. Надо бы все толком разузнать.
— Обязательно разузнаем, — пообещал Габи.
Наверху с нарастающей силой завыли сирены, оповещая, что опасность с воздуха миновала. Габи хотел было отыскать господина Шербана в подвале, но Эде ухватил его за рукав и выпалил скороговоркой:
— Никому ни слова. Мы вдвоем обо всем узнаем. Вот увидишь, на что я способен.
Мимо них прошли Комлоши. Завидев их, Габи поздоровался и спросил:
— Боялась, Дуци?
— Ни капельки не боялась, — ответила Дуци, покусывая кончик косички.
— И не бойся, потому что я с тобой, — подбодрил ее Габи и, вырвавшись из рук растерянно моргавшего Эде, убежал.
Но зря он бежал, господина Шербана в подвале уже не было, а на узкой лестнице толпилась такая уйма народа, что пройти по ней было просто невозможно. Делать нечего — пришлось Габи дожидаться своей очереди, а тут еще послышался голос отца за спиной:
— Габи! Габи! Куда это он запропастился?
— Я здесь! — крикнул Габи.
Так-то оно так, но ответ его был не точен, ибо, хотя он и топтался внизу на лестнице, мысленно был уже давным-давно в квартире господина Шербана: открывал одну за другой двери искал того самого Яноша Чепаня, или, иначе говоря, Андраша Келемена. Лишь однажды встретился он с ним в день рождения. С тех пор произошло столько интересных событий, что он напрочь позабыл о его существовании. Да как тут не позабыть, если, например, закрылись на три дня все кинотеатры, потом начались воздушные тревоги, а в школе Гараи, Шварца, Рону, Халмоша и очкастого Каснара почему-то посадили на отдельную парту и не разрешили к ним подсаживаться. Словом, хлопот полон рот — ведь до всего приходилось докапываться самому. Вполне понятно, что думать о чем-то другом — ну, например, о дяде Келемене — просто не хватало времени. Между тем, если поразмыслить, получалось как-то не очень хорошо с его стороны, пожалуй, даже плохо. В самом деле: господин Шербан показал ему микроскоп, а он и думать забыл о докторе Шербане, и о том, что, может быть, доктор нуждается в его помощи.
Все это пронеслось у него молнией в голове, пока он топтался на нижней ступеньке лестницы и мысленно обходил квартиру доктора Шербана. Его так и подмывало побежать к доктору, но время было позднее — перевалило за полночь; слишком уж долго просидели они в подвале. Да и как объяснишь, что у него срочное дело к доктору Шербану? Ведь о тайне и заикнуться нельзя — на то она и тайна. Плохо, конечно, то, что и Эде кое-что разнюхал, а именно Эде ни в коем случае нельзя посвящать в тайну, это совершенно исключено.
Даже в постели не покидали его эти тревожные мысли, и когда он, наконец, неожиданно заснул, все равно терзали его по-прежнему.
Утром с необычным рвением, чем легко мог вызвать подозрения, он умылся, оделся и, даже но пожаловавшись на боль в горле, или в животе, или же в спине, помчался в школу. Но, добежав до ворот, он вдруг остановился, опасливо покосился по сторонам, снова прошмыгнул в дом и позвонил к доктору Шербану.
Ждать пришлось до ужаса долго, а ведь это было очень опасно, так как со двора его легко могли заметить. Он пытался сжаться в комочек, слиться с дверью и очень жалел, что нет у него плаща или шапки-невидимки.
Наконец за дверью раздался сонный голос доктора:
— Кто там?
— Это я, — выпалил Габи, — здравствуйте!
Ключ повернулся, дверь открылась, и господин Шербан оглядел Габи с головы до ног.
— Чего тебе? — щуря глаза, спросил он. — Может, ты ошибся, решив, что здесь школа?
— Нет, нет… — пробормотал Габи и юркнул в дверь.
В прихожей он осмотрелся. На вешалке рядом с пальто и помятой шляпой доктора Шербана висели серое пальто и черная шляпа. Пахло дымом от сигарет, хотя доктор Шербан не курил.
— Господин Шербан, речь идет о важном деле, — многозначительно сказал он.
— В половине восьмого утра? Вместо того, чтобы быть в школе? — удивился доктор.
— Да, в половине восьмого утра, вместо того, чтобы быть в школе, господин Шербан… Понимаете… вчера вечером Эде взял с меня клятву и рассказал по секрету, что, когда вас не бывает дома, к вам приходит грабитель. И грабитель этот какой-то чудной — даже он насвистывает и, — Габи взглянул на вешалку, — оставляет здесь свое серое пальто и черную шляпу. Я, конечно, знаю, что это не грабитель, но так мне сказал Эде.
Доктор Шербан тоже взглянул на вешалку и махнул рукой.
Читать дальше