Владислав Крапивин - Гваделорка

Лорка была, конечно, рада подарку. Но она не забывала и о реальности. И в этой реальности была у Лорки спрятанная, но всегдашняя тревога за Ваню: не случилась бы с ним чего — нибудь плохого. И сейчас Лорка забеспокоилась:

— Ты чего вертишь спиной? Что — то болит?

— Да ничего не болит!

— Я еще в машине заметила: ты все время шевелил лопатками…

Ваня прислушался к себе. И наконец понял:

— Под левой лопаткой что — то чешется…

— Ой! А вдруг клещ?

— От клещей не чешется…

— Это когда как…

На острове Гваделорка, конечно, нет никаких опасных насекомых, а в обычной жизни все же следовало проявлять осторожность.

— Дай я посмотрю.

Ваня послушно сел боком, нагнулся. Лорка подняла у него на спине рубашку.

— Ой… У тебя тут кровинка запеклась. Будто зацепился за острое… Ваня, неужели это дед тебя так огрел вчера?

— Да ты что! Плоской ракеткой… Да и не было ничего еще утром. Тетя Лара сразу увидела бы, когда сгоняла с кровати…

— Тогда где?

— Не знаю… Не в машине же, там мягко… Может, о шиповник?

— На рубашке нет ни дырки, ни следа…

— А сильно расцарапано?

— Посмотри сам…

Из кармашка на юбочке Лорка вынула круглое зеркальце. Поднесла к Ване сзади. Он изо всех сил вывернул шею. И увидел в зеркальце на загорелой коже запекшийся, похожий на крохотную подковку шрамик.

— Ерунда какая! Не о чем говорить! — Но тут же понял, что говорить есть о чем ! — Ой, Лорка, подожди! Это же… как у тебя! Тоже под лопаткой…

— Но я — то знаю, откуда у меня, — смущенно выговорила она. — От гвоздика…

— А я про себя тоже знаю, — обрадованно сказал Ваня. — Это… от тебя.

Она виновато засопела:

— Почему… от меня? — И быстро спрятала зеркальце.

— Потому что есть такая теория. Про Всеобщее информационное поле… Дед рассказывал… Ну, во вселенной много всяких полей — электрических, магнитных, и… этих, гра — ви — та — ци — онных. И еще разных. И некоторые ученые считают, что есть всеобщее информационное поле. ВИП… И бывает, что если где — нибудь в Австралии мальчишка занозит пятку, то у другого мальчишки, в Гренландии или в Монголии, тоже начинает болеть пятка. Такой пример… Или в одной галактике шестилапый динозавр обрадуется неизвестному цветку, а в другой какая — нибудь земноводная горилла улыбается неизвестно почему… Это когда между разными существами или даже предметами находится что — то общее. Возникает резонанс…

— Значит, у нас тоже… резонанс?

— А разве нет?

— Есть, наверно… — Лорка придвинулась ближе. — Только… почему это именно сегодня… ну, твой шрамик?

— Потому что появился остров Гваделорка. Разве непонятно?

— Ой, да… понятно…

— Вот видишь… А у меня есть для тебя еще подарок, — сказал наконец Ваня. — Из давних времен. Вот… — Он задрал на животе рубашку и выдернул из — под резинчатого пояса на шортах крошку Пришельца.

— Какой хорошенький! — умилилась Лорка (в точности как все девчонки на свете).

— Да… Но он не просто хорошенький. Он… с брига «Артемида»… Ну, честное слово!

И Ваня торопливо изложил историю Пришельца.

— И это… мне?

— Конечно!

Лорка шепнула «спасибо», взяла веревочного малыша, посадила на коленку. Покачала.

— Бедненький… Как он там жил, в этом глобусе, столько лет. В темноте, в глухоте…

— Ну… наверно, он ничего и не чувствовал. Это называется анабиоз. Существо засыпает и не знает даже, сколько времени прошло… Вот старик Хоттабыч, например. Думаешь, он три тыщи лет сидел в кувшине и все время стонал от тоски? Спал, как под наркозом, пока Волька не содрал печать…

— Все равно жалко его… Пришельца.

— Зато теперь ему хорошо.

— Да. Только… Ваня, знаешь что…

— Что? — сразу встревожился он.

Лорка опять покачала, погладила Пришельца. Сбоку быстро глянула на Ваню:

— Ты ведь мне уже подарил столько… Целый остров… — она чуть улыбнулась. — А этого малыша… давай отдадим Квакеру… Ты только не обижайся…

У Вани брови полезли на лоб.

— Почему… Квакеру?

— Помнишь, Герман Ильич сказал про карту? Что всякая вещь должна быть у того, кому она дорога… А ведь Пришелец жил в глобусе, а глобус был у пра — пра — прадеда Квакера. Значит, и Пришелец жил у него… у того мальчика с острова. А потом мальчик спрятал Пришельца в глобус. Наверно, когда вырос и состарился… И никто про это не знал. А мы — то знаем… И… Квакер обрадуется… Ты только не обижайся, — опять сказала она.

Ваня не обижался. Лорка в свои десять с половиной лет была мудрее многих. В ее словах ощущалась крепкая спокойная правота. А еще Лорка сказала: