Герман Матвеев - Новый директор

— Мастерскую, — подсказала Рита.

— Ах, мастерскую! Ну, пожалуйста, мастерскую. Она вам скоро будет нужна для этой самой работы.

Аким Захарович молча слушал, но по тому, как он крутил и дергал свой ус, было видно, что разговор с директором очень взволновал его. Он был полностью согласен с Константином Семеновичем. И чем больше слушал и думал, тем яснее и ярче открывались ему какие-то удивительные перспективы. Не случайно, выходит, Константин Семенович бросил вчера фразу о том, что людей можно окрылять…

Ирина Дементьевна вернулась из колхоза, где отдыхала у родных, намереваясь заняться ремонтом комнаты и кое-какими домашними делами. В школу решила идти пятнадцатого числа.

Сообщение завхоза Островой о назначении нового директора хотя и не было для нее большой неожиданностью, всё же встревожило ее. В период выпускных экзаменов Борис Михайлович дал ей понять, что Марина Федотовна не справляется с работой и что он думает о другом директоре. Сначала Ирина Дементьевна решила, что он имеет в виду также и ее, но, поразмыслив, отказалась от этого предположения. «Но почему какой-то Горюнов из милиции? — думала она. — Почему из милиции? Где он раскопал этого Горюнова? И почему даже не предупредил? Правда, ее не было в городе, но он мог бы и подождать».

В роно, куда она отправилась на другой же день, ей показали приказ. Замятина она ждать не стала и отправилась в школу. Сокращая дорогу, Ирина Дементьевна свернула в переулок и здесь увидела одного из учеников девятого класса.

— Здравствуйте, Ирина Дементьевна! — еще издали приветствовал ее юноша.

— Здравствуйте, Уваров. Давно приехали?

— Уже две недели. Вы в школу, Ирина Дементьевна?

— Да.

— Я тоже.

Некоторое время шли молча. Занятая своими мыслями, Ирина Дементьевна не обращала внимания на спутника, на то, как он несколько раз пристально посмотрел на нее и почему-то при этом смутился.

— А вы за лето очень похорошели, Ирина Дементьевна, — собравшись с духом, проговорил Игорь. — Загар вам идет!

Завуч строго взглянула на ученика, но вместо того чтобы рассердиться и «поставить его на место», только усмехнулась. Рядом с ней шагал уже не мальчик, а сильно возмужавший юноша, и в глазах его, казалось, было столько невинного восхищения, что Ирина Дементьевна «рассудку вопреки» простила ему эту вольность. Всё-таки она была не только педагог, но и женщина.

— У нас новый директор, — сказала она.

— Да, я уже слышал. Ну что ж… Директора приходят и уходят, а вы остаетесь, — с улыбкой заметил Игорь и, подумав, продолжал: — В нас вы всегда найдете крепкую поддержку. Поверьте мне… Стоит вам только намекнуть… Мы вас в обиду не дадим! — с горячей преданностью закончил он.

— Уваров, а вы не замечаете у себя излишней самоуверенности и, я бы даже сказала, некоторого цинизма?

— Ну что вы, Ирина Дементьевна! Разве можно моим словам придавать такое серьезное значение, — тоном обиженного мальчика отозвался Игорь. — Ведь я еще ребенок!

— Ребенок с усиками.

— Разве?

Юноша невольно провел пальцем над верхней губой. Сегодня утром, разглядывая себя в зеркале, он тоже заметил, что пушок над губой стал больше и крепче. Если его побрить, то начнут расти уже настоящие усы.

— Наблюдая вас, я всегда приходила к какому-то двоякому впечатлению, — медленно проговорила Ирина Дементьевна. — С одной стороны, вы примерный комсомолец, хороший ученик, неглупый, начитанный, мужественный… Одним словом, у вас много прекрасных качеств, о которых, кстати, вы отлично знаете. С другой стороны, в вашем характере, во взглядах есть что-то порочное… Почему, например, вы так упорно уклоняетесь от всякой общественной работы?

— Мне кажется, Ирина Дементьевна, что общественная работа — это не главное в жизни.

— А что главное?

— На данном этапе главное для меня — пятерки.

— А на следующем этапе?

— Еще не знаю… Время покажет… И я не карьерист по натуре, Ирина Дементьевна. Я не хочу мешать другим… общественникам.

— Вы считаете, что общественная работа нужна для карьеры?

— А разве нет? Ведь вы им в характеристиках потом напишете, что данный ученик проявил себя как активный, сознательный, прилежный общественник… А это сыграет бо-ольшую роль при поступлении в вуз.

— А вы рассчитываете на свою фамилию?

— Ну что вы! Я рассчитываю только на себя… и на свои пятерки.

Широкая канава, вырытая поперек панели для прокладки каких-то труб, преградила путь. Юноша легко перескочил и остановился на холмике земли с намерением помочь завучу. Во всякое другое время и с другим спутником Ирина Дементьевна, не задумываясь, перемахнула бы через канаву с такой же легкостью, но сейчас, повинуясь педагогическому, а может быть и женскому чутью, свернула на проезжую часть улицы и обошла препятствие.