Анна Антонова - Девушка лучшего друга

– Брр, – поежилась я. – Я уж лучше в маленьких поверю, они вроде посимпатичнее.

– Тролля нелегко заметить – он похож на поросший мхом валун, – продолжала Марина. – И на всякий случай лучше держаться от них подальше. Если же вы все же встретите тролля, ни в коем случае не называйте свое имя и постарайтесь выманить его на солнце.

Марина очень серьезно давала рекомендации по общению с троллями, словно встреча с ними была вполне реальна – точно так же она предостерегала нас в начале путешествия от воров и мошенников.

– В Норвегии очень трепетное отношение к троллям, даже много связанных с ними географических названий. Например, усадьба знаменитого норвежского композитора Эдварда Грига называется «Тролльхауген» – «Холм троллей».

Мы молчали, впечатленные ее рассказом. Против воли представлялось, что проплывающие за окном скалы – бывшие, будущие или настоящие тролли.

– Сразу хочу предупредить, что на пути в Лаердал нас не ждет ничего особенно примечательного, – снова ожил микрофон голосом Марины. – Одна зеленая стоянка.

– Зеленая стоянка – это в кустики? – наивно предположила я.

– Нино, какие кустики? – укорил меня Женька. – Мы же в Норвегии, а не в Подмосковье!

Когда мы доехали до «кустиков», то увидели комфортабельное строение с горячей водой, жидким мылом и бумажными полотенцами.

– Вот это я понимаю – Европа, – рассуждал Женька, когда мы уже катили дальше. – Посреди горной дороги такие удобства! Да у нас подобное не в каждой гостинице встретишь!

– У нас в гостинице «кустики», – согласилась я.

Марина не зря предупреждала, что Лаердал – совсем небольшой городок. Он и на городок-то не очень тянул: просто пара улиц аккуратных, словно игрушечных, домиков. На крыше одного из них росла даже не трава, а целое дерево, что усиливало ощущение сказки. Тем более с одной стороны селения уходили в небо покрытые снегом горы, с другой – начинался обещанный фьорд.

– Как они тут живут-то? – ужаснулся кто-то из туристов.

– Очень хорошо, – заверила Марина. – Норвежцы вообще любят уединение. При виде наших дачных поселков они бы в обморок упали! Местные жители строят дачи в горах, причем на расстоянии не менее километра друг от друга. Они очень уважают личное пространство. Когда вы путешествуете в трейлере, то можете поставить его не ближе чем в ста пятидесяти метрах от любого жилья.

– Дикие люди, – прокомментировал кто-то. – Наверное, если заблудишься, даже дорогу никто не подскажет.

– С иностранцами норвежцы очень вежливы, – вступилась за северян гид и резко сменила тему: – Кстати, будьте тут осторожны. За все время моей работы произошел единственный несчастный случай, и именно здесь, в Лаердале: одного туриста потянуло на подвиги. Не следуйте его примеру, помните: в гору гораздо легче подняться, чем спуститься.

– Полезли в гору, – толкнул меня Женька.

– Полезли, – охотно согласилась я.

Меня понемногу отпускало – наши отношения возвращались в привычное русло, а про всякие глупости не хотелось и вспоминать, тем более, Ники нигде не было видно. Наивно полагать, что мы забыли ее в Осло – может, она в отличие от Женьки заметила свидетелей их страстной сцены и теперь скрывалась, опасаясь моей мести? Я посмеялась про себя и постаралась выкинуть ее из головы.

Бросив вещи в номерах, мы первым делом побежали смотреть на фьорд. Вид завораживал: прямо из зеленовато-серой, даже на вид холодной воды поднимались величественные скалы. От полноты чувств мы молчали. Как-то глупо было обсуждать свои мелочные проблемы на фоне вечности.

– Сегодня мы наконец осуществим то, ради чего так далеко забрались, – в своей непередаваемой манере объявила Марина утром. – Проплывем на теплоходе по Согне-фьорду. Но перед этим отправимся в городок Флом, где у нас запланирована поездка по горной железной дороге Фломсбана. Это уникальное сооружение, чудо инженерной мысли – длина дороги составляет всего двадцать километров, но поезд поднимается на высоту около тысячи метров над уровнем моря. Когда он прибудет к конечной станции, вы сразу почувствуете, как стало холоднее. Кстати, готовьте камеры и фотоаппараты, там вас ждут шикарнейшие виды.

Предупреждение прозвучало излишне – камеры и фотоаппараты и так никто не выпускал из рук.

Наши мамы замешкались у чемоданов, а мы уже сидели в автобусе, когда к нам повернулась жена моржа – знаток ланей – и с осуждением сказала Женьке: