Анна Антонова - Девушка лучшего друга

Ну вот, застопорилась на антураже, а ведь главное не где, а кто и при каких обстоятельствах!

– Сенце, – вдруг громко объявил Женька.

Я вздрогнула, испугавшись, что слишком глубоко задумалась и стала рассуждать вслух. Потом я проследила за его взглядом и облегченно выдохнула – оказывается, столь нежно он обозвал заурядное сено, оставленное на полях и аккуратно упакованное в полиэтилен.

– В пакетиках, – добавил он и хихикнул.

Я против воли засмеялась, хотя после Женькиного демарша с побегом и пересаживанием хотела сохранить дистанцию и не собиралась общаться с ним как ни в чем не бывало. Но уже чувствовала – долго обижаться на него не получится.

– Мы приближаемся в городу Оребро, – объявила в микрофон Марина. – Там мы остановимся у крупного магазина, стоянка сорок минут.

– О-ребро, – с расстановкой повторил Женька и ущипнул меня за бок.

Я взвизгнула от неожиданности, стукнула его по руке и тут же приняла независимый вид – на нас начали оглядываться.

– Дети, ведите себя прилично, – не оборачиваясь, велела тетя Ира.

И мы стали вести себя прилично.

Казалось, что сорок минут – это очень долго. Но времени хватило лишь на небольшую прогулку по супермаркету. Я все время напоминала себе: я за границей, боясь что-нибудь упустить. Хотелось запомнить каждую минуту, чтобы путешествие не прошло слишком быстро, даже если мы посещали обычный магазин.

Похоже, больше остановок не планировалось – автобус размеренно катил по шикарному европейскому автобану с той же приличной скоростью, которая совсем не чувствовалась, как и тряска. Поэтому дорога не утомляла, наоборот – вызывала медитативное умиротворение. Я даже перестала следить за временем, хотя Женька регулярно оповещал меня, сколько мы проехали и сколько осталось.

Наконец Марина объявила:

– Поздравляю вас, уважаемые туристы, самый длинный переезд в нашем путешествии подходит к завершению – мы приближаемся к границе Швеции и Норвегии.

«Уважаемые туристы» оживленно зашевелились и прилипли к окнам, хотя за ними не происходило ровным счетом ничего интересного – мы давно покинули обитаемые места и катили среди леса, где изредка встречались поляны с валунами и поваленными деревьями, мелькали голубые пятна речушек и озер. От окрестностей Питера пейзаж отличался мало.

Автобус начал сбрасывать скорость, и я удивилась:

– Еще остановка будет?

– Ага, паспортный контроль, – серьезно кивнул Женька.

– Нам же сказали, что только один раз… – удивилась я.

– Особо вредных в Норвегию не пускают, – невозмутимо закончил он.

– Ах ты!.. – снова замахнулась я, но он перехватил мою руку и крепко сжал запястье.

Мой пыл сразу пропал, а Женька медленно разжал пальцы, внимательно глядя мне прямо в глаза. В этот момент я поняла, что «потерять дар речи» – вовсе не образное выражение. Я и в самом деле молчала, словно забыв, как складывать звуки в слова.

– Готовьтесь к небольшой остановке у символического пограничного столба, – объявила Марина.

Женька отвлекся, и я с облегчением потянулась за сумкой. Для одного дня потрясений было многовато.

Символический столб представлял собой каменную стелу, на одной стороне которой значилась надпись «Sverige» – «Швеция», а на другой «Norge» – «Норвегия». Посередине стояла дата – 1887. Видимо, в этом году и произошло знаменательное установление границы.

Туристы мигом облепили столб со всех сторон, защелкали фотоаппараты. Воспользовавшись передышкой, я отошла в сторонку – путешествуя в группе, трудно выкроить время на одиночество. Я не знала, как вести себя с Женькой, но не могла думать об этом в его присутствии. Еще я вовсе не горела желанием встречаться с нашей новой подружкой, которой, впрочем, в поле зрения не оказалось.

– Нинка! – услышала я вопль и поморщилась – терпеть не могла, когда меня называли простецкой «Нинкой», особенно прилюдно. Но если бы Женька сейчас заорал во все горло «Нинон», я бы, наверное, тоже не сильно обрадовалась.

– Давай фоткаться, – махал мне Женька от основания столба. – Я очередь занял.

Предприимчивые туристы, чтобы не маячить друг у друга в кадре, выстроились гуськом и подходили к достопримечательности один за другим. Вспоминая пассаж о фотографировании под каждым кустом, я подошла и послушно встала на указанное место – Женька желал запечатлеться так, чтобы были видны названия обеих стран, но вместе они в кадр никак не влезли, поэтому пришлось делать несколько снимков.