Никодим Гиппиус - Старожил

Последний угловой дом. Если не взглянуть и сейчас, так, пожалуй, никогда и не узнаешь, как же теперь называется улица. И Андрей поднимает голову. Сияет новая табличка: «Улица Андрея Крутикова».

Андрюша протирает глаза. Нет, ему не снится. «Улица Андрея Крутикова».

Андрей бежит к соседнему дому. И там новая табличка. Еще один дом. И там тоже.

И тогда мешок взлетает в воздух — тяжелый мешок со всем имуществом. Взлетает и шмякается на мостовую. А на мешок садится счастливый Андрюшка.

Улица.

Лева Пелевин стоит у ворот нового дома. И, как пограничник с плаката, из-под руки смотрит на дорогу.

А во дворе на крыльце загорает вся бригада Крутикова. Носы нацелены на солнце, глаза зажмурены.

— Едут, едут! — бежит через двор Лева.

В ворота въезжает грузовик, нагруженный мебелью. На самом верху, держась за ножки стола, сидит Зина. Грузовик подрулил к парадной. Из кабины вышла учительница.

Крутиков скомандовал тихо: «Раз, два», и вся бригада крикнула в один голос:

— Анна Васильевна, с но-во-сельем!

— Спасибо, мальчики!

— Анна Васильевна можно разгружать?

— Что вы, ребята… Вещи тяжелые… Сейчас придут рабочие…

— Анна Васильевна, у нас уже опыт… Мы целый корпус вселили, — говорит Андрюша.

И, не дожидаясь согласия, командует:

— Разгружай!

Бригада набрасывается на грузовик, отвалились борта, ребята разбирают связки книг, стулья, горшки с цветами.

К грузовику подходит Боря.

— Андрюша, на минуту…

— Ты чего опоздал? — подбегает к Борису Андрей.

— Мы уезжаем… — грустно произносит Боря.

— Куда уезжаем?

— В Кузьминку. Завтра… Весь цирк.

— Эх! Столько занимались! — вздыхает Андрюшка.

Мальчишки садятся на ящики. Молчат.

— Попроси, чтобы тебя оставили. У вашего главного. Хоть на три дня.

— Просил.

— Ну и что?

— У меня же номер! — разводит руками Борис.

— Ну и что! Номер! Ты ведь не только артист, ты еще школьник. Должны тебе создать условия для учебы?

Боря молчит.

— Слушай! Я знаю, что делать… Ты только скажи — хочешь остаться до конца занятий? Хочешь?

— Конечно, хочу!

— Тогда пошли! — вскакивает Андрюшка.

— Куда, Андрюша?

— Идем, я знаю, куда…

…Дощечка на двери: «Председатель».

Андрюшка робко входит в приемную.

Секретарша стучит на машинке.

Распахивается дверь, и в приемную заходит толстяк с портфелем.

— У себя? — спрашивает он секретаршу, кивая на обитую клеенкой дверь.

— Да! Там совещание…

— Доложите, Сурков! По личному!

И толстяк шлепает портфель на стул. Садится. Андрей подходит к секретарше.

— Доложите, Крутиков…

Из кабинета председателя выходит сразу несколько человек. Спорят о чем-то между собой. Секретарша идет в кабинет. И когда появляется снова, смущенно произносит:

— Крутиков, войдите…

Андрюша входит в кабинет.

— Здравствуй, герой! Зачем пожаловал? — спрашивает председатель.

— Я по личному!

— Давай по личному.

— Друг у меня, Борис. На одной парте сидим… Послезавтра контрольная… А он уезжает.

— Постой, постой… Какой еще Борис?

— Я же говорю, на одной парте сидим… Он с цирком приехал… А сейчас уезжает! Перед самой контрольной.

— Из цирка, говоришь? Это который наездник?

— Он самый! — оживился Андрей. — Нельзя ему уезжать. Мы столько готовились… Он говорит — я в Кузьминке буду писать… А там, наверное, и школы-то еще нет.

— Верно, нет еще школы…

— Так что же ему, на второй год оставаться?

— Да, история! — размышляет председатель. — Что же ты предлагаешь?

— Я не знаю… Только надо ему создать все условия.

— Дело-то у тебя, выходит, не личное! — улыбается председатель. И снимает телефонную трубку.

— Кузьминку мне… Жду.

Андрей привстал с места.

— Кузьминка? Алексей Михайлович? Привет. Да, это я… Подожди, подожди, какой цемент… Тут дела поважнее… К вам цирк приезжает… Ждете? Нет, завтра не приедет. Не приедет, говорю, завтра. Денька через четыре будет у вас…

— Вы ему про контрольную скажите! — шепчет Андрей.

— Здесь у меня товарищ Крутиков, и мы решили цирк задержать. Крутиков, да… Старожил наш… Причина? Причина серьезная, контрольную надо писать… Ведущему артисту… Какую контрольную?