Юрий Сальников - Шестиклассники

— Вещь куплю.

— Какую?

— А вот пошли выбирать!

Лёня взглянул на будильник.

Что ж! Видно, сама «судьба» велит пропустить сегодня уроки: выбирать для Андрюшки вещь — тоже дело нешуточное!

И в ту минуту, когда где-то в высоком здании школы по всем этажам разнёсся призывный звонок на занятия, Лёня и Лядов, налегая грудью на барьерчик у магазинного прилавка, с живейшим интересом изучали выставленные под стеклом портсигары.

Да! Андрюшка пожелал приобрести «посудину для табачных изделий». Он так и заявил, подражая теперь Барину даже в выборе выражений: «посудина для табачных изделий»!

Однако сделать покупку оказалось действительно не так просто. Бесчисленные портсигары — изящные и блестящие, серебристые и с красноватым оттенком, с хитроумными узорами и с разнообразными рисунками на крышках, красовались во всей своей привлекательности.

Лядов остановил свой выбор на «посудине» с двумя охотничьими собаками, застывшими в стремительном беге. Но продавщица в синем халатике — молодая и кудрявая, как учёный Ньютон из учебника физики, — отказалась продать ребятам портсигар.

— Рано вам ещё!

Когда же Лядов сказал ей, что они покупают не себе, а дяде в подарок, кудрявая ехидно заявила, что от дорогих несовершеннолетних племянничков дядя с удовольствием примет какую-нибудь другую вещицу за эту цену, и предложила прибор для бритья: помазок и стаканчик с тарелочкой.

В другом магазине, наученные горьким опытом, они решили сразу задобрить пожилую продавщицу, коротко подстриженную, как учёный Торричелли. Они стали рассказывать ей, что хотят сделать подарок дядюшке, да не знают, какой именно. Растроганная этой побасенкой, продавщица что-то посоветовала, но любящие племяннички вдруг вспомнили, что дядюшка мучается без портсигара, и продавщица-Торричелли выложила перед ними целую гору, но ни один из них не понравился Андрюшке.

Так действовали они и в других магазинах, применяясь к характерам молодых и пожилых продавщиц, пока, наконец, не нашли то, что нужно: золотистый, с выпуклым «Медным всадником».

Андрюшка наполнил «посудину» папиросами и «обновил» покупку, закурив.

Он угостил и Лёню. Но у Лёни дым полез в нос, в глаза, и в горле запершило. Закашлявшись, он бросил папиросу.

— Эх ты, птенец! — присвистнул Андрюшка, хотя сам курил тоже неумело, поминутно захлебываясь дымом, больше «делал вид».

И вообще хорохорился:

— Не боюсь я учителки!

А чего её бояться? Она не пугало. Вот в глаза ей смотреть совестно — это верно!

На днях она привела к Андрюшкиному отцу специального врача — лишь бы всё у них в семье наладилось. И обо всех она заботится. Завтра вот обязательно поинтересуется у Лёни: «Почему не был? Что-нибудь случилось?» А что он ответит? Будет жаловаться на ребят? Или начнёт выдумывать что-нибудь несусветное?

Поневоле и завтра пропустишь школу. Уж лучше опять целый день болтаться где-нибудь по улицам, чем стоять перед учительницей да краснеть под её укоряющим взглядом!..

…Дверь с лестничной площадки домой никак не хотела отпираться.

Лёня с остервенением крутил ключом во все стороны, но замок, должно быть, всерьёз забастовал — пришло время снова подвинчивать шурупы.

Еле-еле удалось, наконец, проникнуть в коридор. Лёня хотел бесшумно прошмыгнуть к себе, но сделал лишь несколько шагов, как услышал, что из соседкиной комнаты кто-то вышел. Лёня оглянулся и остолбенел: на пороге стояла учительница.

Вот влип так влип!

— Здравствуй.

— Здравствуйте.

— К тебе можно?

Пропуская учительницу в свою комнату, Лёня встал нарочно боком, загородив висевшую через плечо сумку и ухитрясь спихнуть её под вешалку.

Таисия Николаевна осмотрелась и кивнула на столик в углу, заваленный тетрадками, учебниками и сплетёнными из медной проволоки звёздочками.

— Здесь занимаешься?

— Здесь.

— А звёздочки зачем?

— Машину времени украшать.

— Машину? Говорят, ты и чертёж её взялся сделать?

Лёня подозрительно покосился на учительницу: будто она и не знает, что он затянул с чертежом!

— Мама у тебя с работы не всегда точно приходит? — задала Таисия Николаевна новый вопрос.

— Не всегда.

— И сейчас, как видно, опаздывает?

— Опаздывает.

— А уроки ты зря пропустил. Мы сегодня склонение причастий повторяли. Оно тобой слабо усвоено. Да и вообще плохая манера — жить по настроению.