Александра Бруштейн - Весна

Обрадовался, снял с себя все мокрое, повесил сушить. Жду этой яичницы, я тебе скажу, как не знаю какого счастья. Мою руки у рукомойника, даже запел от аппетита. И вот она стоит передо мной на сковородке, что твоя купчиха первой гильдии! Золотая, пузырится, ну прямо дышит! И…

— И?.. — повторяет Сенечка.

— И не досталась она мне, та яичница!

— Почему?

— Петух там вертелся, пропади он совсем! Большой, красивый такой, чисто офицер. Вскочил на стол — и плакала она, моя яичница!

— Петух скушал? — догадывается Сенечка.

— Не скушал — нагадил он в яичницу, вот что! Всю испаскудил, подлец петух! Так я и уехал голодный…

Сенечка смеется. И мама, и сам дедушка тоже.

Но я слышу это из своей комнаты, как сквозь сон… То есть и смех, и разговоры доносятся до меня, да и историю с петухом и яичницей дедушка не раз мне рассказывал!.. Но тут — словно меня нет. Вместе с книгой «Андрей Кожухов» я улетела далеко — в Швейцарию!

Там, в Женеве, русский революционер Андрей Кожухов читает письмо, полученное от товарищей из Петербурга.

Что пишут ему товарищи? Из-за морозов погибли овечки…

Сестра Катя вышла замуж… Очень несчастна… Отец в отчаянии.

Его седые волосы…

Что за галиматья! Какие-то овечки, какая-то Катя, какой-то отец с его седыми волосами… Что все это означает?

Это — конспиративное письмо. Андрей Кожухов смазывает страницы кисточкой, пропитанной каким-то химическим составом.

Тотчас же смываются и исчезают нелепые фразы письма; под ними обнаруживается другой текст. Но и его не так просто прочитать. Это не слова, а какие-то отдельные цифры, буквы — шифр!

Опасаясь, как бы жандармы, в свою очередь, не додумались до химического состава, смывающего верхний слой письма, петербургские революционеры еще и зашифровали письмо. Несколько часов проводит Андрей Кожухов, расшифровывая письмо при помощи особого «ключа».

Наконец письмо прочитано. Андрей Кожухов узнает, что его друг и товарищ по революционной работе, Борис, арестован.

Андрей должен немедленно возвратиться в Россию. Его встретят в пограничном городке, вручат ему фальшивый паспорт и помогут нелегально перейти русскую границу…

Дедушка давно ушел. Сенечка спит. Мама одевается — собирается в гости, куда должен приехать и папа, если он рано освободится.

А я все читаю замечательную книжку.

Вместе с Андреем Кожуховым я приезжаю в Россию и окунаюсь в тревожную, напряженную жизнь революционеров… Какие люди! Какие герои!

Один из них, Борис, схвачен и сидит в тюрьме. Революционеры — среди них его жена Зина и недавно приехавший из-за границы Андрей Кожухов — предпринимают отчаянные попытки освободить из тюрьмы Бориса и двух его товарищей. Но все попытки в самую последнюю минуту срываются. Уже готов подкоп, прорытый под зданием тюрьмы, — завтра Борис и его товарищи убегут из тюрьмы. Но все срывается — подкоп обнаружен!

Тогда революционеры решают: когда Бориса с товарищами поведут на допрос, напасть на конвой и отбить арестованных.

В назначенный день все готово: через подкупленного тюремного надзирателя Борису и товарищам его передано оружие. По всему городу выставлены сигнальщики; готова коляска, которая увезет отбитых арестованных. В назначенный день Андрей с группой вооруженных революционеров нападают на конвой — товарищи Бориса отбиты и увезены. Но Бориса отбить не удается — он остается в руках у тюремщиков! И теперь — после вооруженной схватки с конвоирами — положение Бориса безнадежно: его ожидает смертная казнь…

Уже поздно. Мама уехала в гости. Сенечка и Юзефа давно спят. А я все читаю.

— Загась лямпу! — приказывает мне Юзефа, приподняв от подушки растрепанную седую голову. — Спать не даешь!

И она снова засыпает.

Погасить лампу? Прервать чтение? И до самого утра не знать, что было дальше с этими удивительными героями? Нет, не могу я оторваться от книги.

Лампу я, конечно, погасила — пусть Юзефа и Сенечка спят.

Неслышно ступая босыми ногами, я ухожу из нашей комнаты.

Куда? Ну конечно, в единственное надежное убежище: в уборную. Вслед мне доносится сонный голос Юзефы — она заметила, что в комнате стало темно.

— Загасила лямпу? Ну и умница… Спи, спи!

Нет, я не сплю. Я сижу в уборной и при свете маленькой коптилки читаю свою книгу.

…Все пропало! Царский суд приговорил к повешению Бориса, его жену Зину и Василия, милого Василия, такого веселого затейника, такого верного товарища и железного революционера!