Ричмал Кромптон - Этот Вильям!

— Сколько там детей, вы сказали? — спросила миссис Браун.

— Он говорит, больше дюжины… Не знаю, действительно ли так много, но очевидно, ему надо помочь.

— Бедные крошки, — вздохнула миссис Джоунс. — Как подумаю, что и моя Кэролайн могла быть одной из них.

— Или моя Мейзи… — сказала миссис Феллоуз.

— Да, — согласилась миссис Поплхэм, — когда знаешь, что твое собственное дорогое дитя цело и невредимо и в своей семье, то чувствуешь необходимость что-то сделать и для этих маленьких скитальцев.

— Ну, не такие уж они скитальцы, — возразила миссис Монкс.

— По сути, скитальцы, — убежденно сказала миссис Поплхэм. — Оторванные от дома, лишенные родительской заботы. Для меня мысль о том, что моя Элла может оказаться где-то без своей мамочки…

— Ну так вот, леди, — вернула их к делу миссис Монкс, — все это даже кстати. Если пока в нас не нуждаются наши собственные эвакуированные, то я предлагаю немедленно позаботиться о детях, которые находятся в Болсоувер Лодж. Насколько я понимаю, они очень плохо экипированы.

Члены комитета воодушевились. У них появилось новое поле деятельности, новая возможность проявить свои организаторские способности. Работа с «собственными» эвакуированными только пробудила у них аппетит.

— Почему бы нам не отправиться туда прямо сейчас? — предложила миссис Монкс. — Надеюсь, все мы днем свободны, а бедняжкам срочно нужна наша помощь.

Предложение было принято с энтузиазмом. Члены комитета и впрямь горели нетерпением приняться за дело.

— Я забегу домой, — сказала миссис Джоунс, — и возьму коричневое пальтишко Кэролайн, вполне хорошее. Кэролайн из него выросла, но кому-нибудь оно подойдет.

— А я прихвачу капюшон Мейзи, — сказала миссис Феллоуз, не желая быть превзойденной. — У нее есть другой, и этот ей, в сущности, не нужен.

— А я принесу несколько игрушек Джорджи, — сказала миссис Паркер. — Надо приучать его делиться с теми, кто обездолен.

— И Эллу тоже, — подхватила миссис Поплхэм. — Я возьму одну-две из ее игрушек.

— Я, пожалуй, отдам духовое ружье Виктора, — решила миссис Джеймсон. — Он уже разбил им два окна, и я буду только рада расстаться с этим ружьем.

— А я прихвачу лук и стрелы Вильяма, — подключилась миссис Браун. — Правда, от этого мне легче не станет, он тут же сделает другой.

— И еще, конечно, вопрос с питанием, — сказала миссис Монкс. — Кукхэм собирается дать им что-то на ланч, но положительно не знает, как быть дальше. Мы должны принести сладостей к чаю.

— У меня есть несколько коробок печенья, я могу их принести, — сказала миссис Миллер. — Жаль, что Фредди куда-то запропастился. Я хотела бы взять его с собой, чтобы он подружился с этими детьми.

— Мы зайдем к мисс Мильтон и заберем все вещи, которые она связала, — подытожила миссис Монкс. — В случае крайней необходимости и они сгодятся.

Когда старый Кукхэм открыл дверь, лицо его выразило чувство облегчения. На пороге, нагруженные пакетами, стояли члены Комитета по приему эвакуированных. У миссис Джеймсон в руках было духовое ружье и две коробки хлопушек, оставшихся от Рождества; у миссис Джоунс — коричневое пальтишко Кэролайн в одной руке и безногий медвежонок — в другой, и еще пакет с пирожными; миссис Браун принесла лук и стрелы; миссис Монкс — чемоданчик со всякой одеждой. Каждый что-нибудь да принес…

— Ну, вот и мы, Кукхэм, — весело объявила миссис Монкс. — Мы пришли.

— Очень рад, мадам, — сказал Кукхэм. — Юные леди и джентльмены сейчас в саду. Та еще компания, скажу вам! Позвать их?

— Нет, сначала мы приготовим для них чай, — остановила его миссис Монкс. — Мы хотим устроить для них хорошее чаепитие, чтобы подбодрить в первый день пребывания здесь. Потом мы обсудим наши планы.

Миссис Симпкинс будет, по крайней мере, первую неделю следить за питанием. Она такая добрая и энергичная, и прекрасная хозяйка. — Мать Арабеллы, стоя позади всей группы, излучала доброту и энергию. — И мы договорились с женщиной, которая будет убирать в доме, и кто-нибудь из нас будет наведываться сюда каждый день… Со временем все встанет на свои места. Теперь, Кукхэм, предоставьте нам свободу накрыть стол для чаепития. Мы хотим сделать его праздничным, чтобы бедные детки сразу почувствовали о себе заботу… Только ничего им не говорите. Мы хотим, чтобы все было для них приятным сюрпризом.

— Хорошо, хорошо, мадам, — сказал Кукхэм. — И уж как я рад, что вы здесь. Эти детишки — та еще компания…