Зизу Кордер - Львиный мальчик

— Салям аллейкум, — сказал Чарли. — Как добраться до моста?

— Выйдете отсюда, повернете налево, поднимитесь по лестнице и опять налево, — ответил человек, нервно комкая одеяло. — Ворота открыты.

— Спасибо, — поблагодарил мальчик по-арабски. — Алиф хукр.

— Не за что, — выдавил мужчина.

Львы встали, невозмутимо повернулись и вышли. Мальчик последовал за ними.

Чарли надеялся, что те, кто заметят необычную процессию, решат, что обознались. Мало ли что может померещиться. Игра света, знаете ли. Ну кто докажет, что это львы, а, к примеру, не большие кошки или городские лисы?

— Какие большие кошки! — скажет случайный прохожий, обращаясь к своей спутнице. — Ты видела?

Но нет, она ничего не видела, а львы уже прошли, исчезли туманным мороком. Когда хищники наконец поднялись по лестнице, оказалось, что на мосту довольно оживленное движение. Нечего было и думать перебраться на другую сторону прямо сейчас.

На внешней стороне моста протянулся узенький бордюрчик, примерно такой же, как на набережной у канала. Разница заключалась лишь в том, что уступ был на высоте нескольких сотен метров.

— Можно пройти там, — предложил вожак.

Чарли задрал голову и немедленно отвел глаза. Если они сорвутся… Вариантов несколько: либо они разобьются о воду, либо раздробят кости при ударе о мост, либо умрут от сердечного приступа еще в падении.

Львы прильнули к земле, подкрались к заборчику и перепрыгнули через него.

— У меня нет выбора! У меня нет выбора! — шептал мальчик.

Самовнушение не помогало.

В этот самый момент он понял, что выбор, в сущности, есть. Конечно, львам нельзя разгуливать по мосту. Но кто обратит внимание на мальчика? Мальчики ходят по мостам каждый день, и подозрений это ни у кого не вызывает.

— Увидимся на той стороне! — радостно воскликнул Чарли и побежал на мост.

Мальчик не просто шел, нет, он крутился колесом, становился на руки, а один раз даже изобразил сальто. Прохожие удивленно оглядывались, но Чарли было все равно. Какое счастье, что не надо лезть наверх! Какое счастье, что можно ходить по твердой земле!

Исполнительный директор улыбнулся. Он был невысокого роста, в свежевыглаженной рубашке. Его голову украшала пышная шевелюра. Кожа у директора была мертвенно-серого цвета.

Родителям Чарли развязали глаза.

— В этом нет нужды, — пояснил директор. — Итак, — продолжил он, — вы ведь знаете, почему вы здесь.

— Нет, не знаем! — отрезала Магдалина.

Она неважно себя чувствовала.

— Естественно, чтобы работать с нами!

— Мы не хотим, — возразил Анеба.

— Вы не хотите завершить разработку лекарства от астмы в подобающих условиях? Вам не нужны деньги для продолжения исследований? Вам не нужна поддержка будущих проектов?

— Ага! — воскликнул Анеба. — Вот, значит, что вы нам предлагаете. Вот, значит, почему вы нас похитили, везли на заржавленной подводной лодке, угрожали, глаза завязывали… Вы прекрасно знали, что мы не будем сотрудничать с отпетыми негодяями вроде вас.

Директор раздраженно поморщился.

— Доктор, — наставительно сказал он, — корпорация работает на благо человечества! Что может быть почетнее, чем создать лекарство от астмы, облегчить страдания сотен людей? Исцелять — вот ваше призвание! Долгие годы искали мы это лекарство, и вот — свершилось! Вы можете помочь детям! Вдумайтесь: маленьким несчастным детям.

Магдалина принужденно рассмеялась.

— Скажите, — невинно заговорила она, — сколько вы зарабатываете на продажах лекарств каждый год?

Директор бросил на женщину укоризненный взгляд.

— И еще, — спокойно продолжала она, — сколько вы намерены заработать на нашем лекарстве? Кстати, как вы считаете, лучше сделать одноразовую вакцину или проводить курс лечения несколько раз? Вам действительно нужно лекарство? А может, вы просто решили убедиться, что, кроме вас, им никто не воспользуется?

Магдалина закашлялась.

Исполнительный директор театрально закатил глаза.

— Что ж, если вы собираетесь говорить в таком тоне…

Женщина яростно вскинулась.

Директор презрительно посмотрел на нее и взял телефонную трубку.

— Мисс Баракат? — уточнил он. — Кажется, профессор и доктор не очень хорошо себя чувствуют.

Думаю, будет лучше перевести их в отдел здоровья. Да, они совсем плохи. Ничего, уверен, мы с этим разберемся. Да, я уверен, через пару недель они будут как новенькие.

Мужчина положил трубку и плотоядно улыбнулся.