Владислав Крапивин - Дагги-Тиц

— Да, это был результат общего театрального творчества, — подтвердил Олег Тищенко, который не боялся учителей (за своими профессорскими очками он, был, как за щитом).

— Если это театральное творчество, то Глущенко — исполнитель главной роли. Звезда сцены, — сделала вывод Зоя Яковлевна.

— Ага, это называется «козел отпущения», — горько отозвался Лодька.

— Не знаю, кто козел, кто осел, а кто еще какое животное. Но зоопарк здесь порядочный, — сообщила Зоя Яковлевна. И повторила, что «нынешнего фокуса» этому зоопарку никогда не простит…

И не простила. Через несколько дней, когда староста класса Игорь Калугин попросил Зою Яковлевну организовать культпоход на фильм «Тарзан в западне», она гордо отказалась.

— Евдокия Валерьевна никогда не отказывалась, — решился на упрек Игорь (причем соврал).

— Евдокии Валерьевнке вы не устраивали пантомим с жизнерадостными мертвецами…

Лодька хотел сказать, что на столе он вел себя совсем не жизнерадостно, однако решил не скрести на свой хребёт. А Зоя Яковлевна добавила:

— Я убедилась, что вы люди изобретательные, значит найдете способ и для самостоятельного проникновения в кинотеатр…

Дело в том, что недавно какие-то «умные тёти» в Гороно (уж конечно, не Лодькина мама) издали «напоминание», в котором говорилось, что дети школьного возраста не имеют права самостоятельно посещать кинотеатры в учебные дни. Только в каникулы и в выходные или организованными группами в сопровождении педагогов!

Впрочем, контролеры смотрели на «незаконных» зрителей сквозь пальцы. Главная трудность была — купить билет. Но находились добросердечные дяденьки и тетеньки, брали у ребят деньги и добывали для них у кассирши вожделенные синие бумажки с косо начертанными цифрами — пропуска в удивительный мир с крокодилами, львами, дикарями и летающими на лианах Тарзаном и Читой. (О, этот восхитительный клич благородного мускулистого питомца африканских джунглей, который всегда вовремя приходит на выручку обиженным и пострадавшим!)

Лодьке и Борьке помог молодой капитан-летчик («Похож на Саню из «Двух капитанов», — благодарно подумал Лодька). Он торжественно вручил танцующим от нетерпенья пацанам билеты, сдвинул им с затылков на лоб шапки.

— Окунайтесь в африканскую романтику. Но должен вам заметить, что картина «Небесный тихоход» не в пример интереснее.

Друзья не стали спорить. Однако «Небесный тихоход» (где «первым делом самолеты») они видели несколько раз, а трофейные серии про Тарзана их отчаянно звали в неведомое…

…А Зоя Яковлевна, отказавшись от похода в кино, решила, видимо, что отомстила своим подопечным достаточно и больше никаких гадостей не делала. Хотя иногда и напоминала, что «этот бессовестный фокус я вам никогда не прощу».

Что ни говори, а улица Герцена — удивительная. Сколько на ней всего! Не только родной Лодькин двор (что само по себе замечательно!), не только двор Каблуковых, в котором живет Борька. В трех кварталах от этих дворов — лог с крутыми откосами, чудное место для катанья на лыжах, санях и скользких фанеринах. А пойдешь в другую сторону, там — театр, в котором то и дело показывают замечательные пьесы вроде «Ревизора», «Двенадцати месяцев» и «Смертельной схватки». Через дорогу от театра — цирк, окруженный обширным сквером. В цирке все лето удивительные представления и состязания по классической борьбе (которая раньше называлась французской), а в сквере — широкие лужайки для футбола и заросли желтой акации для партизанских игр…

Дальше по улице чугунная решетка сквера незаметно переходит в такую же чугунную изгородь Городского сада. В изгороди есть незаметный для посторонних пролом, через который можно сразу проникнуть на качельно-карусельные площадки, вместо того, чтобы топать по улицам Первомайской и Ленина до главного входа… А дальше, за решеткой сада, начинается высокий забор, который огораживает заднюю сторону самого главного стадиона. В заборе тоже есть хитрые лазейки.

Летом на стадионе то и дело футбольные игры с командами Тобольска, Ялуторовска, Ишима, Заводоуковска а то и более крупных городов. Зимой — хоккейные матчи, а каждый вечер открыт каток…

Лодька оказался у забора около семи часов вечера. В середине января в это время на земле и в небе настоящая ночь. Неподалеку светила на столбе лампочка под белой эмалированной тарелкой. Прохожих по близости не было. Вдалеке динамик выбрасывал в простор стадиона бодрую музыку радиолы. От забора пахло промороженным деревом. Лодька прошелся по забору фланелевой рукавицей, нащупал знакомый выступ, отодвинул доску. Протиснулся в щель цепляясь пуговицами и коньками. Коньки, которые болтались «на привязи», зазвенели, будто кандалы пленных пиратов из фильма «Остров страданий».