Ирина Волк - Колышек у вербы

— Да ты знаешь, что ты сделал, дед! Чудо! И откуда ты взял её?

— А ей, почитай, полсотни лет, — рассказывал дед. — Давненько я её сюда привёз.

Все притихли, слушая дедов рассказ.

…Жили да были на Украине на Таврической земле три брата. Хозяйство у них было бедное, хлеба не хватало, и вот старший, Василий, только что вернувшийся с царской службы, решил искать свою счастливую долю где-нибудь в чужих краях. Женился он и сказал жене:

«Говорил мне один солдатик: есть такая земля — Алтай. Людей там мало, а пшеница родится богатая и травы по пояс».

Тронулись в путь налегке: два узелка да котомка за спиной, а в котомке с полведра кукурузных початков. Сколько ни допытывался Василий тогда у солдатика, так и не узнал, растёт ли она, тавричанка, в чужой далёкой земле. Но семян захватил на всякий случай.

Поселился Василий с женой в Кулундинской голой степи. Домик построили такой, как на Украине, из глины и соломы, побелили его. А на огороде посеял Василий половину кукурузных семян, остальное бережно завернул в тряпицу и принёс домой.

Удивилась жена:

«Для чего бережёшь?»

«Земли здешней пока не знаю, — ответил Василий, — говорят, морозы тут лютуют, а вдруг вымерзнет эта, первая. Тогда что?»

Прав оказался: налетела чёрная буря, скрутила, сломала посевы. Выжило, вызрело на семена немного. Осенью отобрал Василий крупные зёрнышки: буду, мол, каждый год самые надёжные высевать. Может, и получится когда-нибудь из тавричанки алтайка.

С каждым годом всё крепче становились стебли тавричанки-алтайки. И под суровым кулундинским небом вызревали кукурузные початки. По-прежнему, как на Украине, добавляла жена Василия кукурузную муку в оладьи. Шли годы, выросли и уехали в город дети, соседей поблизости не было, и слава об удивительной кукурузе, вызревающей на зерно, так и не разнеслась по степи…

— Узнал я, что нынче ставят здесь совхоз, — рассказывал старик, — вот и собрался я к вам, товарищи дорогие, идти со своей Рыжей Королевой. — Он на минутку исчез в доме и появился с белым мешочком в руках. — Припас вам семена самые отборные.

Юрин папа крепко сжал руку старика:

— Спасибо. А кукурузу мы вашим именем назовём.

Летом Юрик и Дёмка вместе с дедом пришли на поле. Кукуруза стояла перед ними ещё молодая, ярко-зелёная, но уже крепкая и сильная. И на углу этого поля красовался столбик, на котором Юрик сам прибил, по поручению отца, дощечку с чёрными буквами: «Кукуруза сорта Тараненко «Алтай».

Тараненко — это была фамилия волшебного деда, с которым случайно познакомились Юрик и Дёмка и узнали о Рыжей Королеве.

Папа писал Серёже в письме:

«Конечно, сынок, это не Украина. Кулундинские степи на нашем Алтае суровые, сожжённые солнцем. Но я приготовил тебе здесь удивительный сюрприз. Вот приедешь с мамой — увидишь».

Всю дорогу Серёжа спрашивал маму:

— Как ты думаешь, какой там может быть сюрприз?

Мама только пожимала плечами.

Папа встречал их на вокзале. Только вокзал был не похож на обыкновенные вокзалы. Поезд просто подошёл к широкой деревянной платформе, где стояла одна-единственная будочка. Пассажиры вышли и разбрелись кто куда. Вот тебе и вокзал!

Папа увидел разочарованное Серёжино лицо и рассмеялся:

— Это наш Кулундинский полустанок. Пройдёт несколько лет, и на нашей Кулунде будет вокзал, такой же большой, как в Киеве.

Серёжа заметил, что папа, который раньше всегда говорил «наша Украина», теперь и пишет и говорит «наш Алтай», «наша Кулунда».

Целую неделю прожил Серёжа в совхозе, а так и не увидел папиного сюрприза. Каждое утро, пока Серёжа ещё спал, папа садился в машину и мчался в степь. А возвращался он тогда, когда Серёжа уже спал. Ну что это, в самом деле — некогда ему даже поговорить с собственным сыном!

И вдруг в воскресенье утром папа склонился над Серёжиной постелью:

— А ну, вставай, соня! Я в твои годы с солнцем поднимался.

А какие особенные годы у Серёжи? Всего-навсего восемь лет.

Ну, конечно, папе не пришлось повторять дважды. Серёжа вскочил и закричал на весь дом:

— Мама, где мои сандалии? Мама, где моя рубаха?