Ирина Волк - Колышек у вербы

И вот нынешней осенью приехал он уже в совхоз агрономом, и даже мама теперь называет его Александром. Один раз Вовка закричал было во весь голос: «Сашуня!» — когда брат подъезжал на велосипеде к дому, но получил за это такую взбучку, что теперь называет брата только Сашей.

Ребята-школьники, Вовкины друзья, первое время очень обижались на нового агронома: с пионерами не здоровается, не замечает их. Задавака какой! И вдруг сегодня поражённый Вовка обежал всех приятелей:

— Александр просил прийти к двенадцати часам на поле у Чёрной балки.

— Это какой Александр? — спрашивали некоторые недоуменно.

Тогда Вовка, оглянувшись, торопливо шептал:

— Какой-какой! Да Сашуня же, — и бежал дальше передавать удивительную новость.

И вот сейчас все сидели полукругом прямо на земле и глядели на бывшего Сашуню. А он стоял посредине этого живого мальчишеского круга и говорил каким-то новым, странным голосом, которого ещё не слышали ребята:

— Помощи от вас прошу. Природа, ребята, это такая штука, которую в одиночку не возьмёшь. А с вами мы горы своротим.

Ребята хмуро молчали. И чего это они ему вдруг понадобились? Целых два месяца не замечал никого, нос задирал, а теперь вон как — горы ему сверни.

Александр, словно догадываясь, какие мысли бродят в стриженых мальчишеских головах, вздохнул и неожиданно сказал совсем по-детски:

— Нужны нам овощи: и огурцы, и помидоры, и арбузы. Так нужны! А вот не растут они тут, в Кулунде.

Он присел на корточки. Ребята подвинулись к нему ближе, и тут-то начался тот задушевный разговор, который не получился почему-то в первые дни, когда Саша приехал.

— Понимаете, ребята, — говорил агроном, — пшеница у нас здесь, в Кулунде, отличная растёт. Земли замечательные. А овощи не родятся. Так и старожилы утверждают. Я уж тут у многих местных жителей побывал. И все в один голос: «Не родятся здесь помидоры, и не пробуй!» Хочу попробовать вместе с вами.

Теперь молчал агроном и говорили уже ребята.

— Попробуем! — важно кивнул Вовка.

— Поможем, — сказал солидный, немножко медлительный первый ученик Коля Кавун.

— Кружок сельскохозяйственный организуем, в него многие вступят, — предложил Вася Шабров, который уже был председателем и исторического школьного кружка, и группы фотолюбителей.

Сколько было работы! Да ещё какой интересной. Все три школьные бригады соревновались между собой. Первой бригадой руководил, конечно, Вовка. Да и как же могло быть иначе — ведь это его брат агроном, а не чей-нибудь. Бригадиром второй стал Кавун — фамилия у него больно подходящая. Да и папа у него полевой бригадир. А в третьей бригаде бригадиром стала Таня. Девочки очень обиделись, когда узнали, что агроном собирал в поле только мальчиков. Целой делегацией явились они на квартиру к агроному.

— А мы? Мы ещё больше, если хотите, можем сделать, чем мальчики!

Агроном долго извинялся и сказал, что будет очень рад, если девочки создадут третью бригаду.

Вся осень была занята полевыми работами. А потом пришла зима, и огромные тяжёлые сугробы прикрыли будущий огород и канавки, выкопанные руками ребят, и крохотные плотины, и крохотные мостики.

Как только растаял снег, все, конечно, сразу кинулись на свой участок. Удивительное дело: всё оказалось целым, неполоманным.

Агроном настойчиво спрашивал:

— Ну, а как наша рассада?

— Хорошо! — неслось со всех сторон.

Дело в том, что все ребята посеяли семена огородных культур у себя дома в специальных ящиках. Ведь оранжерей в совхозе не было. И теперь все только ждали тёплых дней, чтобы высадить растеньица сначала в парники под стекло, а потом на поле.

Всё получилось очень удачно: в школе как раз кончились занятия к тому дню, когда пора было засаживать огород. Растопырили под солнцем свои первые листочки огурцы, прижались к тоненьким палочкам-подпоркам помидоры, пустил стрелы лук.

Рабочие совхоза и местные жители приходили полюбоваться на удивительный огород. Вдоль овощных гряд бежали арыки, и добровольные мотористы, ученики старших классов, по очереди всё качали и качали воду: ведь овощам не страшно палящее солнце, если они вволю пьют. Плотины осматривали дежурные, на мостиках тоже стояли наблюдатели. И все вместе оберегали своё небольшое море, чтобы всё время была вода на огороде.

— Как у нас в Туркмении, — сказал дядя Зурен, отец Айвелюк и Заиры. — А мирабами, хозяевами воды, здесь, значит, бывают и мои дочки?