Виктор Вяткин - Человек рождается дважды. Книга 2

Краснов поднял оторванную проушину и внимательно разглядывал.

— А что? Поручить нашим комсомольцам. Честное слово, сделают. Эдуард Петрович, нужны молоты и серьёзная ремонтная мастерская. Как видно, никто нам не поможет. Сами, сами — вот что обеспечит успех.

— Да, мы слишком быстро растём. Жизнь поломала все наши предположения, — согласился Берзин. — Планировали пользоваться зырянским углём, а Вронский открыл Аркагалинское месторождение. Предполагали осваивать верхнее течение Колымы, а геологи уже с Индигирки шлют приятные вести. Вы правы. Сейчас главное — собственные силы и инициатива. Пошлите на Утинку своего снабженца. Там прибыло оборудование из Амбарчика. Берите, что найдёте в наличии…

Бригада после ночной смены пошла в столовую. Алексеев отказался от завтрака и лёг отдохнуть. В бараке не осталось никого, только дневальный на кухне гремел посудой да беспризорный кот мурлыкал на окне.

Ночное происшествие заставило Лёнчика задуматься. В пересмену к нему подошёл парень из вновь прибывших и сообщил, что распорная стойка под прибором вылезла из паза и конец шлюза опасно болтается на весу. Он тут же спустился по лесам. Парень свесился с настила и показывал, где надо крепить. Но только Лёнчик стал забивать скобу, как мимо его головы проскользнул тяжёлый лом, ударив его по плечу.

Если бы это произошло впервые, может быть, он и не обратил внимания. Чего не случается на работе. Но несколько дней назад на него также «случайно» свалился с эстакады огромный булыжник. Он и сам не понял, как Ему удалось быстро отклониться.

Значит, дружки Колюхи решили расправиться с ним втихую. До освобождения оставалось несколько месяцев, А он, собственно, и не радовался: наступали самые тревожные дни. Если и удастся благополучно дотянуть, то конец срока мог превратиться в начало нового.

Комсомольцы и Татьяна пробудили в нём чувство собственного достоинства. Труд стал Его радовать. Это было для него совершенно новым. Татьяну он обожал. Она сумела сделать Его жизнь другой.

Он вытащил из кармана куртки папиросу и закурил. Сквозь дым времени вспомнилось детство.

Детство? Нет, у него не было детства. Первое, что сохранила память, — война, стрельба, поспешные сборы отца.

Красноармейцы в шинелях с красными лентами на шапках и гражданские с алыми бантами на груди/ поспешно отступали из города. Мать растерянна и напугана. Она то смотрит на отца, то в окно и только твердит: «Скорей, скорей…»

Какой-то усатый мужчина в каракулевой шапке и белом полушубке забежал во двор и сильно постучал в окно. Отец сунул в печь кипу бумаг и вслед за усатым бросился через огороды…

По улице проскакали верховые. Во двор вбежало трое с наганами в руках. В одном из них Лёнчик узнал бакалейщика с их улицы. Они было бросились к двери, но, увидев свежие следы, повернули в огород.

Скоро преследователи прошли обратно. Один выколачивал о колено каракулевую шапку, а другой нёс чёрное пальто отца…

Потом они с матерью Ехали куда-то в теплушке. В ней одни женщины и дети. Неделями стояли на полустанках, бегали за кипятком и жарили на «буржуйке» лепёшки… На одной из больших станций мать на носилках унесли из вагона. На этом кончилось детство…

А после детские дома, беспризорность, поездки на буферах и знакомство с городами России. Наконец нашумевшее дело, определившее Его дальнейшую судьбу.

За пять минут до перерыва на обед к комиссионному магазину подъехал грузовик с сервантом из красного дерева. Заведующий предложил подождать час. Водитель устроил скандал и потребовал немедленной разгрузки. Хозяин серванта, прилично одетый гражданин, просил разрешения поставить у двери и присмотреть.

Напротив, у ювелирного магазина, прохаживался милиционер. Заведующий показал на него глазами и посоветовал попросить милиционера. Постовой почти сразу согласился приглядеть за сервантом. Сервант сняли и поставили к окну комиссионного, машина ушла.

Без четверти два хозяин серванта снова приехал с грузчиками на другой машине. Сказав, что нашёлся покупатель по соседству, погрузился и уехал.

Когда открыли магазин, обнаружили ограбление. Нижняя часть стекла в окне, как раз против стенки серванта, была вырезана. Это смелое и ловкое ограбление принесло Лёнчику почёт и известность среди преступного мира. Он стал дерзким вором, а потом уже упорно держался за своё, положение, как и сейчас за первенство в работе…

Первым пришёл Копчёный и тронул Лёнчика за плечо.