Том Вулф - Электропрохладительный кислотный тест

- Ах вы трусливые сукины дети! Что с вами стряслось, ублюдки ебучие?! Ну идите же сюда, вы у нас сейчас получите... ага, обосрались! Да в ваших подлых душонках и без того полно дерьма! - заливаясь при этом хохотом и дергаясь, как на шарнирах. - Меня не наебете, сынки говноедов! Идите сюда! Получите по своим ебучим заслугам!

Суть в том, ребята, что перед нами в высшей степени непотребный пример деградации, компрометации и подрыва репутации, мы видим живьем доведенную до безумия распущенность в комплекте с самими Ангелами Ада, и при этом нам ничего не остается, кроме как сдерживать противника. Строго говоря, они вполне могли совершить вторжение на том основании, что Кэссади находился на людях в непристойном виде или еще что-нибудь в этом роде, однако при этом не был нарушен ни один из существующих законов, кроме разве что всех до одного законов Божьих и человеческих, - и все-таки лучшим выходом представлялась простая политика сдерживания. Вторгнуться во владения этих полоумных за такое ничтожное преступление, как демонстрация непристойностей, да еще и в десяти машинах, битком набитых вооруженженными копами, - такой опрометчивый поступок нелепо было даже вообразить. И полицейские мигалки вращались и отбрасывали яркие красные блики на крутой склон земляного утеса, создавая стробоскопический эффект, а рации связи с полицейским управлением работали на всю катушку, и оттуда, наряду с атмосферным свистом, то и дело раздавался язвительный двухсотдвадцативольтный электрический баритон-колючка: "Э-э-ээй, мис-тер там-бу-рин-щик" - чего как раз недоставало, чтобы довести ущелье Ла-Хонда до полнейшего исступления.

Ангелам, тем временем, открывалась непостижимая вещь. Как правило, куда бы ни направлялись они во время своих походов, они везде подвергали испытанию людское хладнокровие. Ну чего вылупилась, мать твою! Обычно они бывали удовлетворены, как только отмечался шок или неприкрытый ужас. А если не было ни шока, ни ужаса, и взамен какой-нибудь смельчак пытался слегка огрызнуться, тогда-то и наступала пора проламывать головы и рвать задницы всем, кто попадется под руку. Но этим неженкам Проказникам все их испытания были что Божья роса. Пока Ангелы не попали к Кизи, они понятия не имели, что дозволительно, а что - нет. П л ы в и п о т е ч е н и ю! Самым здоровенным, гнусным, крутым и отталкивающим из всех Ангелов Ада был уродливый гигант по прозвищу Крошка. После него самым здоровенным, гнусным, крутым и отталкивающим Ангелом Ада был высокий костлявый детина по прозвищу Канюк, имевший благодаря черным волосам и бороде, спутанным и косматым, весьма мрачный вид, при этом нос у него торчал как клюв, а кадык свисал не меньше чем на фут, что делало его похожим на гигантского канюка. У Крошки с Канюком был прикол подойти друг к другу в компании не-Ангелов, высунуть языки и начать их друг у друга облизывать - такой вот нечистоплотный заглот с целью шокировать добропорядочных обывателей, и это в самом деле вызывало потрясение,- и вот они подошли вплотную к этой высокой девчонке Кизи, Горянке, за-гло-о-о-о-о-от - и дальнейшее им представилось невероятным. Она всего лишь пристально посмотрела на них, ухмыльнулась, сверкнула глазами и принялась над ними хохотать: "Хо-хо-хо", - словно нормальным языком хотела сказать: "Что за чушь собачья!" Это было просто неслыханно. Потом кто-то из них пустил по кругу косяк, они передали его Горянке, а та громко выпалила:

- Нет уж, черта с два! Какого черта вы суете чистый косяк в свой грязный рот! Это чистый косяк, а вы касаетесь его своими грязными ртами!

Никто еще на памяти живущего поколения не отказывался затянуться марихуаной после Ангелов, по крайней мере под предлогом санитарного состояния косяка, и вот на это решилась эта полоумная девица, которая попросту ослепила их своим презрением, и им это пришлось по душе.

Дошло даже до того, что, когда Горянка увидела, как Крошка с двумя банками пива направляется в сумасшедшую ванную, собираясь, похоже, там запереться и попить в спокойной обстановке пивка - а ведь ванной этой пользовались все здешние девушки,- так вот, видит Горянка такое дело и кричит Сонни Барджеру, первейшему предводителю Ангелов Ада: "Эй, Сонни! Скажи этому недоноску, чтоб держался подальше от нашей чистой ванной!" разумеется, в издевательском тоне,- и Сонни подхватывет: "Слыхал, ты, недоносок! Держись-ка подальше от чистой ванной! Кто тебя туда пускал?!" и Крошка выскальзывает за дверь - с презрительным видом, но ведь выскальзывает...