Том Вулф - Электропрохладительный кислотный тест

- А не раздобудете вы нам сигарет? У нас уже все кончились.

Как ни странно, один из копов послушно удалился и очень быстро вернулся с блоком "Кула", который и пустил по кругу. Часам к девяти утра в зале остаются лишь Проказники, Клер и еще несколько человек - а копы все прибывают, - и наконец они говорят Бэббсу, что пора всех выпроваживать, уже взошло лос-анджелесское солнце, идут на работу послушные уоттсовские негритосы... и Проказники гурьбой выходят на залитую лос-анджелесским солнцем улицу - Дьявол с украшенным серебристыми звездами оранжевым лицом, высокий растрепанный парень с полусеребряным, полузолотым лицом, размалеванные светящейся краской психи гурьбой выходят в девять утра из хладного инкубаторного Обиталища Демонов на залитую солнцем улицу...

Слово Клер Браш: "Вот, собственно, и вся история... Рассказ получился невероятно сбивчивым... Продолжалось ли это потом? Стала ли я другой? Не помню. Похоже на то, но я не уверена. Когда я попадаю под невидимое инфракрасное излучение или свет стробоскопа, все с яркостью возвращается вновь...

Позже Дел Клоус рассказывал мне, что я бродила без всякой цели и выглядела "изумительно... в смысле ходила, раскрыв рот от изумления". Лучшее описание мне трудно себе представить.

С тех пор я принимала ЛСД еще дважды. Каждый раз все было по-другому, отнюдь не так драматично, все это уже больше касалось лично меня и переносилось легче. Единственное сходство - физический эффект, который в моем случае заключается в сокращениях, очень напоминающих родовые схватки, и в дрожании нервных окончаний... предваряющем... на протяжении длительного периода времени - такое ощущение, что ты на грани оргазма без всякого контакта с кем бы то ни было... это происходило во всех трех случаях. В остальном каждый раз все было по-новому.

Приму ли я ЛСД еще раз? Не исключено, что когданибудь... но никакой крайней необходимости, никакого желания сломя голову мчаться на угол к знакомому торговцу. Думаю, что лучше всего принимать ЛСД вместе с любовником, но с таким, которого потом долго-долго не захочется выбрасывать из головы. А таких не так уж и много. Это близость, которую не просто отвергнуть.

Все, все. Надеюсь, достаточно".

Около часу дня в квартире Ромни начинает трезвонить телефон, то и дело поднимая его с постели:

- Ромни, твоих парней следовало бы пристрелить!..

- Семеро арестованы!..

- В наркотическом бреду!..

- Это невыносимо!

И наконец звонок из лос-анджелесской полиции:

- Это Ромни? Послушайте, у нас тут сидит какой-то двухцветный тип...

Ах, Про-стран-ствен-ная Пе-на... Это, должно быть, Пол Фостер. Четыреста, пятьсот, шестьсот человек всю ночь провели в этом сумасшедшем доме, устроив там чудовищную оргию, - а копы их и пальцем не тронули.

И вот те на - в кисломолочном свете девятичасового лос-анджелесского солнца они узрели, как этот долговязый тип, покачиваясь, выходит на улицу, размалеванный, как друид, - пол-лица золотой краской, пол-лица серебряной,и п о в я з а л и мерзавца за появление... допустим... на людях в пьяном виде или за другое не менее правдоподобное нарушение. Однако уже в час дня им чертовски хочется, чтобы кто-нибудь пришел забрать этого двухцветного типа...

Боже правый, старина! Это даже для нас перебор! Мы умываем руки::::: Это невыносимо:::::

:::::что... мы такого сделали? и:::::

:::::даже некоторым Проказникам, из антибэббсовской фракции, Тест представлялся катастрофой. Во-первых, они сомневались в этичности добавления кислоты в Прохладительный Напиток, а во-вторых - считали, что, пустив наркотический бред Всеравношки через громкоговорители, с ней поступили жестоко. Вскоре после того, как они вернулись из Ла-Джоллы в Лос-Анджелес, назрел подлинный Раскол, совершенно открытый. Это был знаменитый Скверный Недуг в миниатюре, поразивший их одних. Рубеж журнала "Лайф".

Уоттсовский Тест в Лос-Анджелесе, состоявшийся на гребне успеха Фестиваля Полетов в Сан-Франциско, заставал быстро набирающее силу психеделическое движение выплеснуться из подполья, да так бурно, как никому и не снилось. Лири и Алперт со своими экспериментами не могли пожаловаться на недостаток известности, однако вся их деятельность казалась совершенно изолированной от внешнего мира, всем у них заправляли два гарвардских доктора, напускавшие на себя весьма серьезный и таинственный вид - только и всего. А после этой новой сан-францисско-лос-анджелесской элэсдэшной вещи с ошалевшими ребятишками и исступленным рок-н-роллом стало казаться, что грозная ЛСД уже распространилась среди молодежи, как зараза, - что, в общем-то, и произошло. Мало кому приходило в голову, что начало всему было положено одним наэлектризованным источником: Кизи и Веселыми Проказниками.