Луиза Олкотт - Старомодная девушка [litres]

– Нет, – несколько растерялся он.

– Ну так изволь. Денди Бо Браммел, модернизированный вариант, – она со смехом навела зеркало на его лицо.

– А нет ли еще каких-нибудь портретов у вас в галерее, мисс? – включился в игру мистер Сидни.

– Еще один, сэр. Портрет джентльмена. – И Полли повернула зеркальце к нему.

– Что ж, спасибо. Рад, что не посрамил себя, – мистер Сидни поймал на себе взгляд ее прекрасных голубых глаз, в которых легко читалась благодарность за его доброту и отзывчивость к ней.

– Прекрасно, Полли. Здорово справляешься, – шепнул ей Том, одобрительно поглаживая желтые перчатки.

– Замолчи, – она сердито оборвала его, чему он очень обрадовался.

– Выйдем и съедим мороженого, – предложил он. – Времени до конца антракта нам хватит.

– Фан трогать, пожалуй, не будем. Она так занята, – Полли кинула выразительный взгляд на подругу, которая увлеченно болтала с Фрэнком.

Полли наивно полагала, что подруга тоже от души наслаждается вечером, но глубоко заблуждалась. Фанни лишь делала вид, будто ей весело. За болтовней с Фрэнком она чутко ловила каждое слово своих ближайших соседей, ожидая от некоего джентльмена просьбы присоединиться к их обществу. Только тогда она согласилась бы тоже идти есть мороженое. Увы, мистер Сидни ей ничего не сказал. И Фанни, разочарованная мистером Сидни и эгоистичной Полли, осталась в обществе старого друга, кипя от возмущения.

Полли казалось, будто ее по волшебству вознесло на театральные подмостки, она исполняла чужую роль, упоенно входя в образ. Она откинулась на спинку кресла, делая вид, что ей жарко, милостиво разрешила мистеру Сидни обмахивать себя веером, а потом наградила его цветком из своего букета. Том забавлялся ее поведением, но в то же время его задевало, что она обращается с ним просто как со старым приятелем и даже не думает флиртовать.

– Ну, Полли, вперед к победе. Благословляю тебя, – подначил он ее, когда они снова вернулись в зал в конце антракта.

– Оставь свои глубокомысленные намеки, дерзкий мальчишка. Это всего лишь часть развлечения, – шутливо сказала она.

Ее тон еще сильнее задел Тома, и он с обидой подумал: «С Сидом она не позволяет себе так разговаривать!»

А потом заиграл оркестр, и Полли полностью погрузилась в музыку, пока Том сокрушался по поводу ее панибратского отношения, а мистер Сидни мечтал оказаться на месте Тома, чтобы эта чудесная девушка вела себя с ним так же непосредственно, очаровательно и свободно.

– И что по этому поводу скажет Трикс? – прошептала Фанни на ухо брату, когда они выходили из ложи. Ее шепот донесся до Полли.

– По какому именно поводу? – спросил Том.

– По поводу твоего сегодняшнего поведения, – уточнила сестра.

– Не знаю, и мне все равно. Это всего лишь Полли, – ответил Том.

– Вот именно, – продолжала Фан. – Трикс ее терпеть не может.

– Зато я могу. И вообще, почему мне нельзя развлечься таким же образом, как вполне себе позволяет Трикс.

– Смотри не перестарайся. Полли пробудилась, – многозначительно заметила сестра.

– И я очень этому рад. Как, между прочим, и Сидни.

– Ну, мое дело предупредить, – посуровела она, услыхав про Сидни.

– Знаешь, Фан, довольно того, что меня воспитывают в другом месте, – нахмурился Том. – Я не намерен выслушивать от тебя поучения.

Он обернулся и протянул руку Полли, которую теснила толпа зрителей.

– Пойдем.

Она послушно оперлась на его локоть, удрученная и обиженная словами «Это всего лишь Полли». «Можно подумать, я заводная кукла, которая ничего не чувствует и должна только их развлекать, – с горечью размышляла она на ходу. – Только я действительно пробудилась. И скоро он это поймет. Тем более это всего лишь Том», – заключила она, вспомнив о Трикс.

– Устала? – он заботливо заглянул ей в лицо.

– Да. Устала. Быть никем, – отрывисто произнесла она.

– Никем? – Том поднял вверх брови. – Разве ты никто? Ты – Полли, и невозможно быть лучше тебя, – пылко сказал он, с особенной остротой чувствуя свою привязанность к ней.

– Если ты так считаешь, я очень рада, – смягчилась она. – Так приятно нравиться.

– Ну, ты мне всегда нравилась. С самого первого твоего приезда. Неужели сама не видела?

– Знаешь, ты меня так дразнил…

– Тогда да, а теперь нет.

Полли промолчала. И тогда Том откровенно спросил:

– Неужели ты считаешь, что я продолжаю это делать?

– Ну, по-другому, чем раньше, – проговорила она каким-то не свойственным ей тоном.