Луиза Олкотт - Старомодная девушка [litres]

Молодой человек легонько пожал ладонь, затянутую в серую шерстяную перчатку, и с изящным почтительным поклоном удалился, а Полли взбежала по лестнице, зашла к себе и обратилась к Ашпуттель с такой странной речью:

– Вы настоящий джентльмен, сэр. Как прекрасны ваши слова о Томми! Вероятно, все так и есть. И конечно я буду обучать вашу Минни со всем усердием.

Кошка в ответ замурлыкала. Канарейка в унисон с ней разразилась веселой песенкой, и девушка уселась обедать с куда большим удовольствием, чем могла ожидать еще полчаса назад.

Самолюбие ее тем не менее было сильно уязвлено, и вскоре на душе вновь заскребли кошки. Вечерняя порция уроков превратилась в настоящую муку, и в сгустившихся сумерках Полли вернулась домой до того раскисшая, что на купленные рогалики упало несколько крупных слез. Она удержала рыдания, четко обратившись к самой себе:

– Нет, так не годится. Не позволю больше себе раскисать. Это глупо и плохо. У меня есть старый проверенный способ. Попробую принести кому-нибудь хоть немного добра, тогда и самой станет легче. Вот только кому и как? А-а, знаю, – тут же сообразила она. – Фанни скоро поедет на вечеринку. Побегу к ней и помогу одеться. Она любит, чтобы кто-нибудь в таких случаях был рядом, а я люблю смотреть на красивые вещи. Заодно отнесу ей немного цветов, они у меня как раз распустились. Уверена, она обрадуется.

Она еще раз дала себе обещание не унывать, несмотря на усталость и всех Трикс на свете, и поспешила к дому Шоу с букетиком в руках.

Фанни в это время пытал парикмахер-француз. Он воздвиг на голове девушки настоящую башню из завитков, косичек и начесов. Мода на подобные сооружения быстро проходит и спустя несколько лет кажется ужасной даже тем, кто слепо ей следовал.

– Как прекрасно, что ты пришла, Полли! – обрадовалась Фанни. – Я мечтала, чтобы ты составила мне букет. Твои цветы будут гармонировать с моими камелиями. Скажи, что ты думаешь о моем платье?

И она с большими предосторожностями повернула голову с неоконченной прической и указала в сторону кровати, где лежал истинный шедевр портновского искусства из воздушно-розового кружева.

– Оно изумительно, – восхитилась Полли. – Только не понимаю, как его надеть, чтобы не порвать?

– Не беспокойся. Оно очень мудро сшито, – заверила Фанни. – Сейчас ты убедишься, как оно мне идет. Между прочим, это большой удар для Трикс, – злорадно продолжила она. – Бедняжка убеждена, что я приду в голубом, и поэтому наденет зеленое. Мы обычно на вечеринках держимся вместе, вот она и рассчитывает таким образом выставить меня в невыгодном свете. Хорошо еще Белль успела мне вовремя рассказать. Воображаю, как расстроится милая будущая сестричка. Подлость-то ей теперь не удастся.

– Точно как героиня одного романа по имени Жозефина! – воскликнула Полли, внимательно составляя букет. – Она заманила свою хорошенькую соперницу на зеленый диван, который невыгодно оттенял ее синее платье. Наверное, Трикс взяла этот способ на вооружение.

– Нет, Трикс вообще ничего не читает, – презрительно фыркнула Фан. – Но я непременно воспользуюсь как-нибудь методом умненькой Жозефины.

Парикмахер тем временем завершил экзекуцию. Жертва его искусства кинулась к зеркалу.

– Правда очаровательно, Полли? – спросила Фан у подруги.

– Мне кажется, ты раньше красивее укладывала волосы, – честно сказала та. – Но, полагаю, эта прическа – гвоздь нынешнего сезона, а потому не смею больше сказать ни слова.

– Если честно, я сожгла волосы, когда их завивала, – с заговорщицким видом сказала Фан. – Поэтому теперь приходится прибегать к услугам парикмахера. А теперь вставь-ка сюда мне цветы, – указала она на цоколь своей башни-прически.

– Ой, Фан, лучше не надо. Давай по-другому, – Полли хотела с помощью цветов придать хоть немного яркости желтовато-бледному лицу подруги.

– Ничего не поделаешь. Эту прическу принято дополнять цветами, – и Фанни упрямо воткнула цветок в самый центр модного сооружения.

Полли неодобрительно покачала головой, но помогла подруге завершить начатое. А перед выходом с восхищением отметила достоинства во внешности Фанн и скромно умолчала об остальном.

– Нет, Полли, я же вижу, тебе что-то не нравится. Ты скажи, – Фан легко прочла все сомнения на честном лице Полли.

– Я просто вспомнила слова твоей бабушки. Про скромность, которая теперь не в моде, – девушка выразительно посмотрела на корсаж платья, состоявший из пояса, кружев и пары бретелек.