Ди Би Си Пьер - Люськин ломаный английский

Близнецы моргнули.

Мужчина наклонился над столом и протянул Блэру руку:

— Труман.

Блэр пожал его руку, не глядя.

— Привет, — прохрипел он.

— С вами был Дэнни, да, такой маленький паренек? Вы его люди?

— Лэм, вы хотите сказать? — спросил Блэр, мысленно вздохнув.

— Да, именно. Из министерства внутренних дел. — Труман полез в карман брюк, пошарил там, затем посмотрел вверх.

В зеркальной стене рядом со столиком, где сидели близнецы, открылась дверь. Через нее вышел огромный детина в деловом костюме.

Труман повернулся к Хизам. Одной своей осанкой он дал им понять, что они должны идти за ним. Блэр обернулся в поисках Лэма, взглянул на брата, который вытирал слезы с темных очков кончиком рубашки, и наконец поднялся со стула. Близнецы молча пошли за мужчиной по коридору, через еще одну дверь, которая резко открылась. За ней была дорожка из ламп, освещавших длинный коридор. Труман повел близнецов в комнату размером с супермаркет; она была черная, с пятнами глянцевого света. Здесь была стена из мутного стекла — одностороннее зеркало — с видом на мини-бар. Толпа за стеной была как на ладони. Зайка пристроил очки на лоб. Он понял, что они находятся в мезонине. Под ними, за затянутыми тканью перилами, был первый этаж, чьи стены также являлись окнами, с видом на различные зеркальные бары.

— Добро пожаловать в рубку, — сказал Труман.

Блэр застрял у окна. Его глаза метались, обозревая тела, дергающиеся с другой стороны. Они ничего не подозревали.

— А такое подглядывание законно?

— Конечно, законно. Вот женский туалет — это было бы незаконно. А это — вполне. То же самое, что камера слежения, только живьем.

Труман провел близнецов во внутренний офис, увешанный фотографиями самого Трумана с разными звездами, некоторые из которых, подумал Зайка, должно быть, точно померли до того, как родился этот американец.

Труман показал близнецам на диван и подождал, пока они устроятся, напевая что-то и закатывая глаза. Затем повернулся, одернув манжеты.

— Ребята, вы, кажется, не знаете, кто я.

— Нет, — ответил Блэр.

Мужчина с улыбкой наклонился к близнецам.

— Слова «Гепетто Глобал Либерти» вам о чем-нибудь говорят? Потому что, как бы это сказать, — он показал зубы, сверкнувшие на свету, — вы сидите в нервном центре европейских и ближневосточных операций. Как вам такая информация?

— Ну… — напрягся Блэр.

— Я знаю. Иногда даже я это чувствую. Сюда попадает далеко не каждый. На самом деле сюда никто не попадает. Но что-то подсказывает мне, ребята, что вы делаете хорошие дела. И вы должны знать — я это ценю.

Верхняя губа Блэра дернулась, как будто сдерживая чих. Его глаза скакали вверх и вниз.

— Ну, если честно, Зайка вот не работает. А я, к сожалению…

— Черт возьми, Боб, ты знаешь, что я говорю о тебе. Ты же все понимаешь.

— Ну, я хочу сказать, что…

— Где ты работаешь?

— Ну, «ГЛ Солюшнз». Но это только испытательный срок, если честно, и я не…

— «ГЛ Солюшнз»?

— Проект аппликатора сандвичей.

— Слушай, Бобби, эта передовая технология — дитя моего интеллекта. Даже не спрашивай, как мне приходят в голову такие идеи. Однажды за обедом я просто подумал: а зачем накладывать майонез ложкой? Ба-бах! Аппликатор сандвичей: чисто, аккуратно, вкусно и приятно. Вот так просто: между игорным бизнесом и нефтяной сделкой…

— И британской системой здравоохранения, — подсказал Зайка.

— Британской системой здравоохранения и коктейлем… — Труман замолчал. — А теперь вот передовая технология для вас — «Порох», самый тонизирующий напиток в мире, уже готовый, разливается в пакеты. Это шаг вперед, ребята, это навсегда изменит взгляд людей на отдых, возможно, даже их взгляд на жизнь.

— Класс, — сказал Зайка, — его надо смешивать с алкоголем?

— Нет, все уже готово, законсервировано, в пакете. Какой же из меня хозяин, если я не дам вам попробовать, ребята?

Он привстал, чтобы нажать кнопку на столе. Через секунду показалась восточного вида девушка в нарядном сатиновом платье. Она была такой стройной и с такими правильными чертами лица, с такой нежной длинной шеей, что казалась прекрасной болотной цаплей. В руках у нее был поднос с бокалами, кувшин и чайница, наполненная фольговыми пакетиками. Она лучезарно улыбнулась мужчинам.

Блэр напрягся, стрельнув глазами на Зайку.

Девушка развязала пояс платья. Оно упало, обнажив крошечный треугольник белого шелка. На ней больше ничего не было, только кустик волос между ног. С церемониальной четкостью она налила прозрачную жидкость в бокалы, взяла пакетик с подноса и высыпала содержимое в напитки. Жидкость загорелась, сначала красным, потом голубым, прежде чем снова стать прозрачной. Затем женщина вылила содержимое себе в рот, задержала там, не глотая, толкнула Блэра пальчиком в грудь и забралась на него верхом. Она сжала его бедра коленями, выгнула спину и поднесла к нему свое лицо с полным ртом.