— Порядок! Ну, бывай, справляйся тут со своими супостатами! Если что — найдешь меня, всегда помогу. Мы с боцманом много дел на берегу тут переделали, в гостях семьями бывали друг у друга… Ладно, бывай!
Он вскочил на подножку уже рычавшего грузовика и опять, совсем по-детски, прорычал-прокартавил:
— Привет, Европа!
Из-под брезентового тента иностранцам улыбались милые, ласковые лица российских морских пехотинцев.
— Чао!
…Пыль уже улеглась, прибрежная августовская тишина успела накрыть все вокруг стрекотанием кузнечиков и слабым шорохом волн за стенами крепости, а Николас все еще вертел в руках старинный кирпич. Потом с недоумением и очень бережно положил его около своего рюкзака.
— Бориска! Вы дрова складывайте вот там, на дальнем краю дворика, с подветренной стороны.
— А чего там-то? Здесь же удобней!
— Дым в спальных помещениях нам ни к чему.
Оставив Тиади и О'Салливана руководить окончательной установкой первых палаток, Глеб подошел к громоздкой куче сосновых веток.
«Ромео» под управлением своего опытного командира уже правильно вбили в песок металлические трубы тагана, отодвинув временно в сторонку большую решетку для жарки мяса.
— Давай солярки немного плеснем, быстрей разгорится!
Возбужденный Бориска явно хотел сильно кушать.
— Уймись, зачем разводить ненужную вонь на природе. Сейчас все сделаем по науке и также скоро.
Глеб немного побродил у подножия стены, пощипал сухой травы, наломал в пучок рыжей сосновой хвои и мелких веточек.
Опустился под трубами тагана на колени и положил на чистый песок приготовленные дровишки.
— С одной спички хочешь зажечь? Не получится же… Может не надо, а? Смотрят же они, все…
Нерешительно переминаясь над спиной капитана Глеба, Бориска тихо пытался отговорить его от позора.
— Бумажка тебе не нужна? У меня есть немного туалетных салфеток, а то ведь не получится у тебя костер все равно, без бумажки?
Это уже ехидный Бадди влез под руку со своими гадкими предложениями.
— Давай я солярки немного принесу, хоть чуть-чуть, совсем незаметно…
Бориска ныл, страшно опасаясь за крушение героической репутации Глеба.
— Может досточку какую тебе сухую поискать, а? Или еще спичек про запас?
— Отойди лучше, не заслоняй воздух.
Сложив мелкие травинки аккуратным домиком, Глеб чиркнул под ними единственную спичку. Совсем не спеша, положил над робким огоньком несколько кисточек сухой хвои и, отвернувшись от первого злого дымка, стал ломать в костер хрустящие серые веточки. Через несколько неопределенных секунд ровные языки пламени ухнули вверх уже до металлической костровой перекладины.
— Классно!
Оказалось, что за его спиной, кроме переживающего Бориски и провокатора Бадди, столпилась добрая половина группы.
— Глеб, ты был вожаком маленьких скаутов в школе! Я знаю! Ведь ты же был бойскаутом, правда?!
Покачивая толстой сарделькой указательного пальца, Хиггинс улыбался хитро, но по-доброму.
— Какой такой еще скаут! — Капитан Глеб выпрямился от огня в полный рост, отмахнулся от случайной, поднявшейся вместе с ним струйки дыма. — Бери круче. Командиром пионерского отряда в пятом классе целую четверть добросовестно отслужил. Этого не отрицаю. Потом уволили — постоянно не оправдывал доверие руководства школы. Был морально неустойчив, не жил интересами коллектива.
— Ладно, чего там… Это вам не барбекю семейные на лужайках жарить. Придумали в своем буржуазном обществе потребления какое-то специальное топливо для розжига костров, чепуховую жидкость для копчения! Избаловались вы там у себя, господа, жирком заросли, об истоках позабыли! Живой огонь нужно руками добывать, а не бензином, мясо необходимо коптить на ольховых дровах или, в исключительных случаях, если рядом существует какая-нибудь цивилизация, можно использовать вишневые веточки для этого дела.
— Во как у нас!
Бориска сиял, словно это он только что сжег рукотворным лазером стаю вражеских межпланетных истребителей.
— Это еще что! Потом мы с Глебом вам еще такое покажем!..
— Тащи воду и готовь котел для ухи, трепач.
Слегка хлопнув Бориску по плечу, Глеб Никитин заставил его замолкнуть и покачнуться.
— Есть! Команда «Ромео» — за мной!
Длинные бревна положили на песок разомкнутым квадратом, охватив ими костер на комфортном расстоянии с трех сторон. Под концы бревен Хулио пожертвовал несколько своих сосновых чурбаков, получились замечательные скамейки.
Читать дальше