Алексей Кузьмин - Солнце и Снег

Ван сел на пол, скрестив ноги. Он получил большое удовольствие, глядя, как вытянулись лица офицеров и партийных чиновников. Он смачно плюнул на пол кровью и осколками зубов. Лу снял перчатки, бросил их в сторону трибуны и прокричал:

- Все, я устал!

По китайским меркам, это был бунт. Солдаты засвистели. Ван тоже снял свои перчатки. Краем уха он услышал в общем шуме особенные слова:

- “Площадь Тяньаньмэнь”.

Вэнь До еще не знал, что студенты вышли на улицы Пекина. Когда его запыхавшийся помощник сообщил последние известия из столицы, армейский полковник сокрушенно сказал:

- На несколько дней опоздали!

Вэнь До грустно посмотрел на сидящего Вана, окровавленного Лу. Он вдруг увидел, что даже просеяв тысячу обычных людей, не найдешь существ с сердцами из камня.

- Нет, у нас изначально не было шансов. Мы перепутали причину со следствием. Нельзя заливать пожар маслом. - Вэнь До смотрел на свистящих и улюлюкающих солдат. - Они не знают, что их ждет! - пробормотал он.

Но никто не знает, что ждет его самого. Через месяц товарищ Вэнь До был расстрелян за попытку организации контрреволюционного переворота, старый политкомиссар У Чжоу уволен из Народно-освободительной армии, а все новые спецподразделения расформированы. Ма Шенфун и Ван сменили еще несколько подразделений в различных районах Китая, и наконец, попали в горы Наньлин, в подразделение горных стрелков.

Облака очень красивы, когда они плывут высоко в небе, насквозь пронизанные солнцем, и ветер лепит из них причудливые фигуры. Облака бывают похожи на драконов, фантастических птиц, поверхность моря.

Когда облака близко, они похожи на простой туман. Они похожи на мокрый ветер и дождь. Когда облака рядом, трава и камни делаются скользкими, и поскользнуться очень легко. Внутри облаков одежда и снаряжение промокают, и хочется развести костер. Внутри густого облака ничего не видно вокруг. Но заканчивается подъем, и ты видишь, как холодный ветер медленно гонит свои стада уже под твоими ногами. Ты стоишь на сияющей высоте, и солнце освещает горизонт на сотни километров вокруг. Воздух прозрачен и чист, и кажется, что его можно пить.

Когда облака парят далеко внизу, они снова приобретают свой привычный вид, и ветер опять лепит из них причудливые фигуры. И еще они похожи на бесконечные стада овец, огромные табуны белых и темных лошадей. Скоро Ван очень хорошо узнал, как выглядят облака, плывущие глубоко внизу…

Ван служил в Юго-Западном военном округе, в элитарном подразделении горных стрелков, которое базировалось в труднодоступном районе Китая - Сычуаньских Альпах.

Сычуаньские Альпы - это красивое и опасное место, где небо соприкасается с землей и рай превращается в ад. Три великих реки Азии - Янцзы, Меконг и Салуэн несут свои бурлящие воды параллельно друг другу в глубоких ущельях, разделенных узкими и отвесными хребтами.

Взвод Вана то мотался по непроходимым джунглям, то штурмовал перевалы в горных хребтах.

- Высота хребтов превышает три тысячи метров, самый высокий пик вздымается к небу на семь с половиной километров. - любил повторять Ван данные из школьного учебника географии.

Скоро Ван и его друг Ма изучили географию южных гор на своей шкуре. Им приходилось подниматься на вершины, покрытые сияющими на солнце ледниками, подолгу зимовать на заметенных снегом перевалах, помогая пограничникам и подразделениям сил внутренней безопасности. Их сбрасывали с вертолетов в непроходимые джунгли, чтобы уничтожить плантации мака и конопли.

Ван насквозь пропитался запахом дыма. Они сжигали большие поля и маленькие делянки, жгли не отмеченные на картах деревни. Иногда из леса звучали выстрелы, они прочесывали джунгли, но чаще всего напрасно. В джунглях, казалось, жили только дикие туземцы.

К концу срока службы солдаты уже немного познакомились с местным населением, многие, получив увольнение, спешили в ту деревню, где успели завести знакомых. В одной из деревень Ван познакомился с девушкой народности Тай. Он приходил к ней раз в неделю, и уже через месяц не мыслил свою жизнь без нее. Ли Мэй благосклонно принимала его ухаживания. Была весна, горы покрылись сплошным ковром цветов, птицы в лесу надрывались от весенних песен. Ли Мэй была ослепительно хороша. Ван полюбил ее той юношеской любовью, которая слаще меда и пьянее, чем вино. Девушка не смогла устоять, и с радостью позволила себе потерять голову. Их любовь уже не была секретом ни в деревне, ни в части, где об этом знали все, от командиров до последнего солдата. Влюбленные и не пытались скрыть свои чувства - их видели вместе в горах, на реке, они часто выходили из джунглей, держась за руки.