Алексей Кузьмин - Солнце и Снег

- Со временем викинги растворились в славянском населении, переняли его язык, ввели общую для всех племен религию.

Кстати, великий конунг Вольдемар, или князь Владимир, долго колебался, какую религию выбрать. Он вел переговоры с хазарами об иудаизме, с печенегами о мусульманстве и с греками - о христианстве. Ислам, говорят, был отвергнут потому, что запрещал вино, а трезвые викинги были крайне редким явлением.

Ученики негромко засмеялись. Они жили в России уже не первый год, и хорошо видели, сколь склонны русские к пьянству.

- На чем я остановился? - Юкигата взял небольшой кусочек традиционной сладости. Эта сладость, сообщающая нёбу ощущение свежести и прохлады, ему особенно нравилась. Юкигата откусил нежную вязкую мякоть, выпил еще несколько глотков чая.

- Да, вспомнил. В более поздние времена, на южных границах России по-прежнему остаются воины в лодках. К шестнадцатому веку они называются казаками. По сути, это те же бандиты, промышляющие грабежом на морях и реках. Они заключают договоры то с Россией, то с Польшей, то с Крымским ханом. Они грабят попеременно и тех, и других. В семнадцатом веке Россия укрепляется настолько, что казаки попадают в большую зависимость от нее. И тут происходит очень важное для нас изменение. Казаки заключают договор с официальным правительством. То обязуется не преследовать бежавших к казакам криминальных элементов, а те перестают лезть в Московские дела и переносят свою агрессию на Восток. В результате такого соглашения Россия за сто лет увеличила свою территорию в сотню раз. Люди в лодках дошли до Кореи, Курил и Хоккайдо.

Мы японцы, воевали с айнами сотни лет, постоянно отправляли экспедиции в Корею и Китай, мы продвигались на Юг, Запад и Север, но практически ничего не достигли. И тут появляются эти новые варвары и покоряют всех оставшихся айнов за десяток лет, основывают колонии в Китае, Корее, и Калифорнии. На территории Японии появляются миссии православной церкви, японцев учат крестится по русскому обычаю! - выпучил глаза Юкигата.

Сато побледнел и машинально перекрестился.

Сэнсэй подозрительно прищурился, глядя на него, и продолжал:

- Война 1905 года была абсолютно неизбежной. Тогда мы временно отобрали у русских их территории в Азии, но следующая война принесла нам поражение.

Юкигата обвел глазами своих учеников, затем сказал:

- Я совсем пьян. О делах договорим в другой раз. Сейчас предлагаю партию в Го.

- Позвольте быть Вашим противником, - согнулся в поклоне Сато.

- Идет, расставляйте фору! - распорядился Юкигата-сэнсэй.

- Позвольте взять пять камней, - попросил Ешинака.

- Будьте любезны! - у сэнсэя было хорошее настроение.

Сато быстро расставил форовые камни, поклонился учителю. Игра началась. Остальные ученики, допивая чай, с интересом следили за развитием партии. Уже после розыгрыша первого угла стало выявляться превосходство стратегии Юкигаты. Ешинака пытался бороться, но очень быстро был принужден сдаться.

- Я сегодня гораздо пьянее Вас, учитель. Прошу простить мою не искусность, - признал он свое поражение.

- Ваш проигрыш неудивителен! - сэнсэй снисходительно смотрел то на опустившего голову Ешинаку, то на хорошенькую Акико.

- Вы допустили ошибку уже в первом дзёсеки. Дзёсэки - это битва крепостей. Что такое хорошая крепость? Она должна быть неприступной, стоять на границе своих и чужих владений, защищать пространство своей страны и грозить врагам. Вы изолировались в углу, Ваша крепость оказалась в тылу хорошо укрепленного противника. Вы ничем не могли помочь оттуда тем своим силам, которые остались на остальных участках доски.

После этого доска была полностью под моим контролем. Говоря поэтическим языком, Вы сидели в неприступной башне и смотрели, как Ваша страна разоряется неприятелем, и ничем не могли помочь. Мне жаль Вас, Ешинака!

Сэнсэй любил доводить учеников до белого каления.

Глава 24

“Эй, кто будет моим гостем?”

В. Цой.

Появление “Мангупского Мальчика”. Ли Шен вновь находит себя. Сато Ёшинака начинает интересоваться “мастером Ли”. Юкигата думает о Маше Снежиной.

Ночь. Луна ярко светит над заснеженными Крымскими горами. У основания горы Тепе-Кермен стоит маленькая зеленая палатка. Под ее сферическим шатром мирно спят четверо друзей. Саламандра, Гном, Сергей Лунин и китайский путешественник Ван Шен мирно спят, выпив по маленькой рюмочке вина. Луна просвечивает сквозь тент, освещает их фигуры и лица. Ван спит без шапки и свитера, застегнувшись в своем великолепном пуховом спальнике. Голова Сергея Лунина торчит из его спального мешка, при дыхании изо рта выбивается струйка пара. Пар поднимается вверх и инеем застывает на внутренней поверхности палатки - снаружи хорошо примораживает. Саламандра, как всегда, спит в трех свитерах и теплой вязаной шапке. Ее красивый костюм валяется рядом с ботинками и шерстяными носками. Гном спит в свитерах, спортивном костюме и куртке. Спальник на нем не застегнут, но его это не беспокоит. Голова Гнома покоится на рюкзаке, неудобно упираясь в круглые донышки бутылок. Поверх его спальника валяются чьи-то ботинки.