Генри Миллер - Этот прекрасный мир [сборник]

Надо признать, он довольно долго провозился с моим делом. Но в этот раз время работало на меня. Я готов был торчать тут хоть до самого утра, если это необходимо. Я чувствовал, что он трудится на мое благо, на благо французов, что наши интересы совпадают, потому что мы оба – разумные интеллигентные люди, и к чему нам доставлять друг другу неприятности? Таких людей французы называют quelconque [119], что совсем не то же самое, что Никто в Англии, поскольку мистер Любой или мистер Каждый во Франции совсем не то, что мистер Никто в Англии или Америке. Quelconque – не Никто во Франции. Он такой же, как и все, просто его история, его традиции, его жизненный путь делают его чем-то большим, чем Некто в других странах. Как и этот терпеливый маленький человечек, эти люди зачастую так себе одеты, у них потертый вид и подчас, что греха таить, от них дурно пахнет. Они не сверкают чистотой, зато знают свое дело, а это, согласитесь, не так уж и мало.

Как я уже сказал, ему потребовалось довольно много времени, чтобы занести в свои книги все данные. Нужно было подложить копирку, оторвать бланки квитанций, наклеить наклейки и так далее. Чтобы не точить новый карандаш, в корпус ручки вставлялся очередной карандашный огрызок. Затем куда-то запропастились ножницы, завалившиеся, как оказалось, в корзину для бумаг. Потом пришлось налить свежих чернил, достать новую промокашку, нужно было сделать массу вещей… В довершение всего обнаружилось, что моя французская виза просрочена. Мне деликатно предложили возобновить ее на случай, если я когда-нибудь надумаю опять попутешествовать. Я не стал спорить, зная наверняка, что пройдет много времени, прежде чем мне взбредет в голову мысль покинуть Францию. Согласился скорее из вежливости и уважения к героическим усилиям, затраченным на меня.

Когда с формальностями было покончено, когда мой паспорт и carte d’identite благополучно перекочевали ко мне в карман, я с подобающей почтительностью предложил ему посидеть в баре напротив. Он любезно принял мое приглашение, и мы не спеша отправились в бистро у вокзала. Он поинтересовался, нравится ли мне жить в Париже. Интересней небось, чем в этой дыре, хитро прищурился он. Нам почти не удалось поговорить, поскольку поезд отправлялся через несколько минут. Я думал, что на прощание он не удержится от того, чтобы спросить меня: «Как же вас угораздило так вляпаться?» – но нет, ни малейшего намека.

Мы вернулись на набережную, раздался свисток, мы сердечно пожали друг другу руки, и он пожелал мне счастливого пути. Он помахал рукой и повторил:

– Au revoir, monsieur Miller, et bon voyage! [120]

На этот раз обращение «мсье Миллер» показалось мне волшебной музыкой, потому что прозвучало абсолютно естественно. Настолько естественно, что у меня выступили слезы, когда поезд отходил от станции. Две слезы, скатившись по щекам, упали мне на ладони. Я был спасен, я был среди людей. Во мне все пело: Bon voyage! Bon voyage! Bon voyage!

Над Пикардией моросил мелкий дождик. Почерневшие соломенные крыши звали и манили к себе, сочная зеленая трава дрожала на ветру. Иногда передо мной возникал океан и тут же вновь пропадал, проглоченный колышущимися песчаными дюнами. Мелькали фермы, луга, ручьи. Мирный сельский пейзаж, каждый занимается своим делом.

Меня вдруг окатило волной такого счастья, что мне захотелось вскочить и закричать или запеть. «Bon voyage!» Это же песня! Мы всю жизнь проводим в странствиях, постоянно бормоча слова, подаренные нам французами, но разве когда-нибудь у нас бывает этот bon voyage ? Разве мы осознаем, что, даже спускаясь в бистро или в бакалейную лавку на углу, мы отправляемся в путь, из которого можем не вернуться? Если бы мы осознавали, что каждый раз, выходя из дому, отправляемся в путешествие, возможно, наша жизнь складывалась бы немножко иначе. Когда мы пускаемся в путешествие до ближайшего магазина, в Дьеп, или Ньюхейвен, или куда-нибудь еще, наша планета тоже пускается в небольшое путешествие, о котором никто ничего не знает, даже астрономы. Но куда бы мы ни отправились, в угловой магазинчик или в Китай, мы путешествуем вместе с нашей Землей, Земля движется вместе с Солнцем, и вместе с Солнцем отправляются в путь другие планеты… Марс, Меркурий, Венера, Нептун, Юпитер, Сатурн, Уран. Весь небосвод трогается с места, и, если хорошенько прислушаться, можно услышать: «Bon voyage! Bon voyage!» А если замереть и не задавать дурацких вопросов, то поймешь, что главное – отправиться в путешествие, что вся наша жизнь – путешествие, путешествие в путешествии, что Смерть – не последний путь, а лишь начало нового и никто не знает, куда он ведет и зачем, но все равно bon voyage ! Мне хотелось вскочить и пропеть это в тональности ля минор. Вселенная представлялась мне опутанной паутиной дорог, порой труднопроходимых и почти невидимых, как пути, по которым движутся планеты Солнечной системы, и в этом огромном мглистом скольжении туда и обратно, в призрачных переходах из реальности в реальность я видел, как все живое и неживое машет друг другу – тараканы тараканам, звезды звездам, человек человеку, Бог Богу. Закончена посадка для отправляющихся в Никуда, bon voyage ! От осмоса к катаклизму, все пребывает в безмолвном вечном движении. Сделать остановку, замереть посреди этой сумасшедшей, безумной круговерти, идти в ногу с Вселенной, как бы ее ни кидало из стороны в сторону, стать одним целым с тараканами, звездами, людьми и богами – вот что такое путешествие! И в этом пространстве, в котором мы совершаем свое движение, где оставляем свои невидимые следы, в нем и только в нем можно услышать еле слышное насмешливое эхо, елейный, противный, слабый, безжизненный голос англичанина, недоверчиво вопрошающего: «Полноте, мистер Миллер, уж не хотите ли вы сказать, что пишете еще и книги по медицине?» Да, черт подери, теперь я могу утверждать это с полной уверенностью. Да, мистер Никто из Ньюхейвена, я действительно пишу книги но медицине, прекрасные книги по медицине, которые исцеляют от всех недугов во времени и пространстве. Вот и сейчас, в эту самую минуту, я создаю грандиозное слабительное для человеческого сознания: оно называется ощущение путешествия!