Генри Миллер - Этот прекрасный мир [сборник]

Вы взываете к справедливости! Что ж, каждый день отмеряет вам ее суровую порцию. Не идеальную и, может быть, даже неумную – с точки зрения марксистской диалектики. Но это справедливость. Особенно много кричат о свободе и справедливости англичане. Они всегда толкуют, даже на войне, о правилах честной игры. Словно война – это игра по правилам. Хотя в действительно важных делах англичане в «fair play» замечены не были. Если бы они ее придерживались, они бы не владели империей, над которой «никогда не заходит солнце», чем они по-дурацки хвастают. Нет, англичане только болтают о честной игре, в то время как на практике они всегда применяли приемы самые подлые.

Из истории, политики, литературы, искусства, философии, религии и прочего я знаю немногое. Знаю только то, что получил из опыта. И вообще не доверяю тем, кто объясняет жизнь с точки зрения истории, экономики или искусства. Эти жучки надувают нас, жонглируя абстрактными терминами. И вообще внушать людям надежды на справедливость, на какой-то внешний порядок: на правительство, социальное устройство, систему идеальных прав, это значит обманывать их самым жестоким образом. Каждый день, куда бы я ни заглянул, я везде читаю что-нибудь о марксистской диалектике. Неужели неумение пользоваться этим жаргоном – позорное пятно на человеческом интеллекте? Что ж, признаюсь, и очень охотно: я не прочитал ни одной строчки из Карла Маркса. И не вижу в этом особой надобности. Ведь чем больше я слышу речи его последователей, тем больше убеждаюсь, что ничего от этого не потерял. Карл Маркс, как утверждают, объясняет систему нашего капиталистического общества. А мне не нужно объяснение нашего капиталистического общества. Пошло оно нахер, ваше капиталистическое общество! Пошло нахер ваше коммунистическое общество, и ваше фашистское общество, и все ваши другие общества! Общества состоят из отдельных людей. И меня интересует отдельный человек – а не общество.

Когда листаешь эту изданную в Англии книгу о сюрреализме, особенно плачевным, прискорбным и нелепым кажется стремление творцов «собраться вместе». Англичане заключили с французами временное перемирие – да это все равно как если бы орел приударил за змеей. Андре Бретон, этот вечный всезнайка, вещает, как вытащенная из воды огромная рыба. Воскресив английский язык времен доктора Джонсона [105]и пропустив его через искажающий фильтр своего фрейдистского французского, он как будто учит англичан азам пробуждения подсознательного. В Хью Сайкс-Дэвисе он нашел способного ученика; раздувшись от своего учения сверх всякой меры, Хью того и гляди лопнет. Еще один выдох от Бретона – и бабах!

Нет, дадаисты были забавнее. У них было, по крайней мере, чувство юмора. Сюрреалисты слишком сосредоточены на предмете. Меня пленяют их намерения – да как же они смогут их провернуть? С другой стороны, прочитайте-ка из «Манифеста дадаистов» 1918 года.

«Я не за и не против, я не объясняю, потому что ненавижу здравый смысл».

«Диалектика – это забавная машинка, которая приводит нас – самым глупейшим образом – к выводам, которые мы сделали бы в любом случае».

«Бог может позволить себе отсутствие успеха. Дадаисты тоже».

А теперь снова процитируем дьявола: « Лишь та организация станет могучей и сумеет подлинно воплотить в жизнь великую идею, которая относится с нетерпимостью, с религиозным фанатизмом ко всем остальным без различия движениям и убеждена только в своей собственной правоте. Если сама идея движения верна и если борьба за идею ведется именно так, как мы говорим, эта идея станет совершенно непобедимой. Какие угодно преследования приведут только к ее укреплению» [106]. Хотелось бы спросить, откуда взял Гитлер эту здравую и безумную мысль? У Иеронима? У Августина? У Лютера? Во всяком случае, гуманность всегда марширует в триумфальной повозке. Заполучить правильную идею! Какая прекрасная и бессмысленная мечта прямого решения! Но не упускайте из вида «нетерпимости и религиозного фанатизма!» Вот что важно!

Прошлой ночью я просматривал эссе в жанре косвенной критики под названием «Мирская тайна». Ни одного шага в этом направлении англичане никогда не делали и не сделают, даже если вся нация станет сюрреалистической. Вот произвольная из эссе подборка:

«Нет ничего трогательнее животного, пытающегося вспомнить тайну человеческой речи, которую оно открыло, а затем утеряло».

«Без игры слов и головоломок серьезного искусства не существует. То есть не существует ничего, кроме серьезного искусства».