Эндрю Холмс - Клуб для джентльменов

— А, значит, я все-таки правильно запомнила! Я извиняюсь, Гриэл, что меня тогда вырвало на вас. Просто я наглоталась грязной речной воды.

— Речной воды? Как вас угораздило?

— На работе. В качестве модели. Упала с «Си Ду».

— «Си Ду»? Это такой мотоцикл для о-о-очень больших луж?

Хайди опять рассмеялась.

— Он самый.

Мимо пронеслась карета «скорой помощи» с включенной сиреной, и я невольно вспомнил о происшествии в «Меховой шубке».

— А что, собственно, случилось в клубе? Отчего такой переполох?

Хайди коротко рассказала, что произошло. Да так живописно, что у меня в решающий момент рассказа в мошонке неприятно засвербело — как будто мне кольцо из члена вырвали.

— М-да, жуть жуткая, — сказал я. Хотя, скажу по секрету, я не слишком огорчился по поводу несчастья с Пэрис — ведь именно оно дало мне возможность безнаказанно умыкнуть Хайди.

— Да, жуть жуткая, — согласилась Хайди. — Надеюсь, у нее всё будет в порядке. Не могу сказать, что Пэрис мне нравится, но такого приключения и худшему врагу не пожелаешь!

— А что случилось до того? Почему вы боитесь возвращаться домой?

— А!.. — Хайди нахмурилась и закусила губу. В этот момент я готов был умереть за нее. — Кто-то меня преследует. Побывал тайком в моей квартире. А сегодня напал на меня.

У меня дух перехватило от ярости.

— Боже, с вами всё в порядке? Я понимаю, какое потрясение вы пережили! Вот почему вы сегодня такая… нервная! И не хотите ехать домой.

— Да, я знаю, я сегодня ужасная. Извините.

Хайди устало потерла виски — словно у нее нестерпимая мигрень.

— Я как выжатый лимон, — сказала она. — Дикий какой-то день!.. Словом, домой я не могу. И податься мне некуда — не у кого переночевать. Простите, что я доставляю вам столько хлопот.

Я лихорадочно соображал — как футболист с мячом на поле в тяжелой ситуации. Итак, Хайди, ошалевшая от неприятных событий, воспринимает меня как своего спасителя. Идеальный вариант. Чего я и добивался. И теперь ей кажется, что я везу ее в надежное убежище. Я ведь и сам сказал ей в клубе: «Я здесь, чтобы защищать вас». Но очень скоро она опомнится и станет задавать едкие вопросы типа: «Защитить — от чего или от кого?», «Куда именно мы едем?» И ответ: «В отель, где я всю ночь буду выспрашивать интимные подробности вашей связи с Питером Бенстидом» — этот ответ мгновенно низведет меня в ее глазах из спасителя на белом коне в бесстыжего сукина сына. Поэтому необходимо срочно завоевать ее полное доверие — или моим планам крышка.

— Нет, Хайди, для меня это не хлопоты. Дело в том… — Я решительно не знал, как закончить фразу и под каким соусом подать совершенно несъедобное блюдо, которое нужно скормить этой чудесной, неповторимой девушке… И тут меня выручил — вы не поверите! — тот самый игги-попистый придурок, с которого началась моя охота на Питера Бенстида.

— У него на руке была желтая хозяйственная перчатка! — вдруг сказала Хайди, перебивая меня. — Одна перчатка. Грязная-прегрязная.

Я застыл с раскрытым ртом. Мать-перемать, да это же мой Уродец. Дерьмо Собачье!.. Спасибо тебе, вовремя ты выскочил в разговоре!

— О Господи! Да я же его знаю!

При этом я сотворил на своей синякастой роже сложносоставную мину: шесть частей сочувствия, три части ужаса и одна часть — как у пожарного, который выносит ребенка из горящего дома.

— Вы его… знаете?!

На лице Хайди и ярость, и страх.

— Нет-нет, знаю — не то слово. Я просто… видел его. Собственно, именно из-за него я бросился вас выручать…

Хайди отнюдь не успокоилась. Впервые после клуба на ее лице были внятные эмоции. И страх доминировал.

— Или вы сейчас же все объясните, или я попрошу таксиста остановить машину!

И она уже потянулась вперед, к водителю. При этом мой пиджак разошелся, и в глубоком вырезе платья я увидел почти всю ее правую грудь — ошеломляюще близко. Я на секундочку немного ошалел.

— Нет-нет, я все объясню! — торопливо сказал я, приходя в себя. — Итак, он совсем еще молодой человек, примерно вашего роста. Очень тощий. Зовут Саймон, и в общении он такой же чудной, как и его вид. Возможно, он даже слегка… очень сильно чокнутый. Вряд ли он по-настоящему опасен, хотя… хотя кто его знает. Именно поэтому я пришел за вами. Хотел убедиться, что вы в безопасности.

Хайди смотрела на меня по-прежнему недоверчиво.

— Дело в том, — продолжал я, — что Саймон без задних ног влюблен в Эмили Бенстид. До полного одурения. Он носит желтую хозяйственную перчатку, потому что занят очисткой от жвачки всех висящих в подземке плакатов с Эмили.