Дэвид Эберсхоф - Девушка из Дании

Наступил июнь, и прошел месяц с тех пор, как Эйнар, сидя на скамейке в парке, решил, что ему придется расстаться с Лили. Лили чувствовала угрозу, словно время уже не было бесконечным.

У рынка Бюсси уже высохла утренняя роса. На рынке находились ряды продавцов, у каждого из которых был прилавок, защищенный цинковой крышей. Продавцы раскладывали изделия из потрескавшегося фарфора и стеллажи с одеждой. Одна женщина продавала только украшения из слоновой кости. У другого человека была коллекция балетных тапочек, с которыми он с трудом расставался. И еще была женщина, продававшая прекрасные юбки и блузки. Ей было за сорок, она носила короткие седые волосы, и ей не хватало нескольких передних зубов. Ее звали мадам Ле Бон, она была родом из Алжира. На протяжении многих дней она знала вкус Лили, и охотилась на распродаже в Пасси за женственными юбками, которые она любила, и белыми блузками с аппликацией на воротнике. Госпожа Ле Бон знала размер обуви Лили и помнила, что Лили не будет носить туфли, которые обнажают ее неистовый носок. Она покупала для Лили лифчики, маленькие в бюсте, и старомодные корсеты из китового уса, которые помогали ей с этой проблемой. Госпожа Ле Бон знала, что Лили нравятся кристаллические серьги-капли, а зимой – крохотная меховая муфта.

Лили просматривала товар мадам Ле Бон, когда заметила молодого человека с высоким лбом, покупавшего книжки с картинками в соседнем ларьке. Его верхнее пальто висело на руке, а чемодан с холстом стоял у его ног. Он держался под странным углом, словно сместил весь свой вес на одну ногу. Человек казался незаинтересованным в книгах с картинками. Он листал страницы, а затем переводил взгляд на Лили. Дважды их глаза встретились, а через секунду он улыбнулся.

Лили отвернулась, держа в руках клетчатую юбку.

- Очень мило, - сказала мадам Ле Бон, стоя на стуле. Она создала небольшую примерочную, подвешивая простыню к прачечной.

- Примерь, - сказала она, натягивая ткань.

Сквозь простынь внутрь примерочной попадал солнечный свет. Юбка хорошо села на фигуру. Из-за простыни Лили услышала голос иностранца, спрашивающего мадам Ле Бон, продает ли она мужскую одежду.

- Боюсь, для тебя ничего нет, - ответила она, - только для твоей жены.

Иностранец засмеялся. Лили услышала, как вешалки гремят по трубе стойки. Когда она вышла из примерочной, мужчина складывал и разворачивал кардиганы на столе. Он провел пальцами по перламутровым пуговицам и проверbл манжеты на износ.

- У вас есть хорошие вещи, - сказал он, улыбаясь сначала мадам Ле Бон, а затем и Лили. Его голубые глаза были большими, а на щеках красовались ямочки. Мужчина был высоким, и ветер донес запах его лосьона после бритья. Закрыв глаза, Лили могла представить, как он наливает желтый тоник на ладони, а затем хлопает себя по шее, словно она уже знала его.

Мадам Ле Бон завернула юбку в клетку. Мужчина оставил кардиган, подошел к Лили и нежно коснулся ее .

- Простите меня, - медленно сказал он на французском, - мадемуазель… - мужчина поплелся за Лили, - я просто заметил ...

Но Лили не хотела с ним разговаривать. Только не сейчас. Она взяла пакет с юбкой, быстро поблагодарила госпожу Ле Бон и нырнула за прилавок в следующую будочку, где лысый человек продавал поврежденные фарфоровые куклы.

Когда Лили вернулась домой, Герда прибиралась, обводя квартиру влажной тряпкой. Сегодня утром должен был приехать Карлайл для летнего свидания. Квартира нуждалась в уборке. В углах клубились клочья пыли, но Герда отказалась нанять горничную.

- Мне она не нужна, - сказала она, убирая пыль перчатками, - я не из тех женщин, у которых есть горничная.

По правде говоря, именно такой она и была.

- Он будет здесь через час, - сказала Герда. Коричневое шерстяное платье прилипло к ней, - ты останешься одетым, как Лили? - спросила она.

- Я думал, что могу…

- Но я не думаю, что он должен встретиться сначала с Лили. Не раньше, чем с Эйнаром.

Герда была права. И все же, часть Эйнара хотела, чтобы Лили первой встретила Карлайла, как если бы Лили была лучшей половиной. Он повесил клетчатую юбку в платяной шкаф и разделся вплоть до стриженого шелкового нижнего белья. Шелк был мягким и серым, как устрица. Когда Эйнар шел, белье издавало едва слышный шелест. Он не хотел заменять шелковое нижнее белье шерстяными шортами и майкой, от которых зудело тело, и было жарко в такой теплый день. Эйнар не хотел полностью прятать Лили. Он терпеть не мог этого. Закрыв глаза, Эйнар видел только Лили, но не мог представить себе картину, в которой Лили встречается с Карлайлом