Евгений Белянкин - Танец любви

Рядом стоял Ризван.

— Подумай хорошенько, — сказал он приветливо. — У тебя на все есть время.

И Ризван вышел из подвала. Хлопнула ржавая железная дверь. Он остался наедине с самим собой. Вот и все. Лишь полоска дневного света, пробивающаяся сквозь решетчатое окно…

Глеба раза два выводили из подвала подышать свежим горным воздухом.

— Ничего, скоро твое положение изменится, — пообещал как-то ему Ризван. — Мы не собираемся долго держать. Вот поговоришь с Махмудом — и все будет хорошо…

В слова Ризвана Глеб особо не верил: о бандитах он был наслышан. Доброжелательность у них легко менялась на жестокость. Он думал, что все они с испорченными нервами — кровожадность у них развивается с детства. Он вспомнил школьного пацана Вадика, который любил мучить кошек. Это была его страсть. И что же? Эта страсть трансформировалась в бандитизм: став взрослым, он с такой же страстью грабил людей, мучая их и наслаждаясь их страданиями.

Ризван вроде бы не был похож на Вадика — в глазах его бегали добродушные огоньки, и Глебу хотелось верить в свое скорое освобождение.

Как-то лежа на соломе в дремотном состоянии, Глеб услышал за маленьким окошком слова отрывистого, гортанного разговора. Как он догадался, речь шла о нем. И кажется, был прав. Вскоре заскрипела ржавая дверь, и в подвал вошли двое бандитов, один из которых Глебу показался даже знакомым, хотя вспомнить, где он его видел, он так и не смог…

Тот хорошо говорил по-русски.

— Тебе надо привести себя в порядок, — вдруг заметил он и что-то сказал попутчику.

Принесли кувшин с ключевой водой. Глеб умылся и сразу почувствовал свежесть. Этот же человек принес ему зеркальце и помог побриться.

— Плохим видом ты можешь обидеть Махмуда, — игриво, беззлобно сказал он.

Глебу принесли щетку, и он тщательно почистил камуфляж. Его оглядели со всех сторон, удовлетворенно похлопали по плечу. И повели, как он и предполагал, к самому Махмуду.

Махмуд сидел на шикарном ворсистом ковре, на двух подушках, наволочки которых были золотой ткани.

— Очень приятно, — сказал оживленно Махмуд. — Молодой человек с хорошей воинской выправкой. Если по-честному, таких я люблю — сам когда-то служил в армии.

Он извинился, что русский офицер оказался здесь… Ничего не поделаешь, обстоятельства. Их вынудили так поступить…

— Пока мой старый приятель Мурад якшался с вашим начальником штаба, мы терпеливо ждали, а что же дальше? Дальше — ничего. Теперь офицер знает, что по вине пограничников Мурада нет, но Махмуд — это не Мурад, он всегда есть и будет…

Вскоре в комнате появился Юсуф, тот самый, который Глебу показался знакомым.

— Ну что ж, все в сборе. Так что приступим к делу, — значительно заметил Махмуд и сощурил правый глаз.

Только теперь Глеб вспомнил, что о Юсуфе он был наслышан от Раджаба. Так вот почему тот показался ему знакомым. Просто Раджаб ярко описал его, создав у Глеба зрительный образ…

Юсуф задал Глебу несколько вопросов, связанных с оперативной обстановкой на границе.

Глеб отвечал односложно:

— Этого я не знаю.

Юсуф перешел на вопросы о заставе.

— Вы лучше меня знаете наши заставы, — усмехнулся Глеб. — Зачем офицера ставить в неловкое положение? Ведь секретное я вам все равно не раскрою.

Махмуд засмеялся.

— Ваши секреты мы знаем. Но наши секреты вы знаете плохо. Почти всегда ошибаетесь, когда начинаете думать, что хорошо знаете наши секреты. А у нас есть даже «секретное оружие». Позови Бибу, — вдруг обратился Махмуд к Юсуфу.

Биба вошла улыбающаяся.

— Мне так неловко перед капитаном. Ведь он подумал, что это я виновата.

— Но ты в чем-то виновата? — ухмыльнулся Махмуд.

— Я виновато только в одном, что люблю капитана. И прошу его отпустить. Ему же здорово влетит за то, что он оказался в горах.

— Биба права. Она умная девчонка и знает толк в мужчинах. Ты, парень, не проиграешь. Если, конечно, будешь с нами дружить. Мы клянемся Аллахом, что будем в этой дружбе верны. Что ты на это скажешь?

Сухомлинов усмехнулся.

— Дружба возникает по симпатии…

— Но разве мы тебе не симпатичны? — засмеялся Махмуд.

— Я в подвале на гнилой соломе, а вы здесь на подушках… И считаете это симпатией?

Махмуд оживился.

— Конечно, ты прав: офицер с офицером встречаются в иной обстановке. Принесите вина, — приказал Махмуд.

Вошел черноглазый парнишка с кувшином вина.

— Налей нам, да по полной, — сказал Махмуд.