Рохинтон Мистри - Хрупкое равновесие

— Слыша такие шуточки, я успокоился, — сказал Раджарам. — Моя уверенность росла, и я подумывал о расширении бизнеса.

Хиппи, которых он раньше считал прекрасными, но недоступными объектами для своей деятельности, стали представляться теперь вполне заслуживающими внимания. Он открыл для себя, что в утренние часы они валяются в наркотическом сне недалеко от того места, где покупают гашиш.

Срезать волосы у бесчувственных иностранцев было детской забавой. Если кто-то из них открывал глаза и видел, как товарища лишают волос, то считал это галлюцинацией, глупо хихикал, бормотал что-то вроде «классно, мужик» или «вот это круто» и, почесав в штанах, снова погружался в сон. Однажды Раджарам срезал волосы даже у трахавшейся пары. Сначала у мужчины, который был сверху, а потом и у женщины, забравшейся на своего партнера. Их перемещения нисколько не помешали опытной руке сборщика волос. «О боже! — воскликнул мужчина, восхищенный видением. — Вон там! Я вижу Каму, он готовит тебя к нирване!» А женщина пробормотала: «Малыш, это мгновенная карма!»

Раджарам чувствовал, что его дела наконец идут на лад. Он приветствовал нашествие туристов в отличие от консервативной части общества, жаловавшейся на дегенеративных американцев и европейцев, передающих отвратительные привычки и плохие манеры впечатлительной молодежи.

Раджарам только радовался, когда в город стекались туристы с волосами по плечи или того длиннее.

Приблизительно в это время стали возвращаться на насиженные места нищие: закон о благоустройстве исчерпал свои шизофренические проявления и пошел на убыль. Острый глаз сборщика волос мгновенно это приметил. Но бизнес его процветал, и Раджарама не интересовали путаные, грязные волосы бродяг. Некоторые по привычке подзывали его с просьбой бесплатно подстричь, но он оставлял эти просьбы без внимания.

— Если б я и дальше игнорировал их, — тяжело вздохнул Раджарам, — моя жизнь сложилась бы иначе. Но наша судьба определена свыше. Именно нищие привели меня к краху, а не красивые женщины на базаре, к которым я боялся приблизиться. И не накуренные хиппи, которые, я боялся, могли меня поколотить. Нет, то были двое беспомощных бродяг.

Раджарам замолчал, бросив взгляд на кассира (по совместительству официанта), улыбавшегося им из-за прилавка в надежде, что его пригласят послушать новую историю. Но портным было не до него.

— Мы слышали про нищих, — произнес тихо Ишвар. — Но почему ты их убил?

— Так вы знаете? — воскликнул в ужасе Раджарам. — Ну, конечно! Хозяин Нищих… только я этого не делал! То-есть — сделал… но по ошибке! — Он закрыл лицо руками, не в силах выдержать взглядов друзей. Затем выпрямился и потер нос. — От стола пахнет. Пожалуйста, помогите мне! Пожалуйста! Не дайте…

— Успокойся, все в порядке, — сказал Ишвар. — Хозяин Нищих ничего о тебе не знает. Он только сказал, что у него убили двух нищих и срезали волосы. Мы сразу подумали о тебе.

Казалось, Раджарам обиделся.

— Убить мог другой сборщик волос. Их сотни в городе. Почему вы сразу подумали обо мне? — Он нервно сглотнул. — Так вы ничего не сказали ему обо мне?

— Это не наше дело.

— Слава богу. Я не желал нищим вреда. Произошла чудовищная ошибка, поверьте.

Однажды вечером, совершая обычный обход, Раджарам наткнулся на двух нищих, мужчину и женщину, они спали под портиком, поджав колени к пустым животам. Он прошел бы мимо, но тут луч от фонаря осветил их волосы. Прекрасные кудри таинственно и нежно мерцали — такого сияния он не встречал во время своих поисков. Именно о таких волосах мечтают служащие рекламных агентств. Клиенты будут сходить с ума, желая добиться такого же эффекта; блеск этих волос будет способствовать лучшей продаже мыла «Шикакай» и кокосового масла для волос с ароматом «Тата».

«Как странно, — думал Раджарам, — что такое сокровище украшает головы двух жалких нищих». Он опустился на колени и нежно прикоснулся кончиками пальцев к сияющим завиткам — мягким, как шелк. Не в силах сопротивляться порыву, он запустил руку в густые волосы, наслаждаясь их текстурой. Его пальцы застыли в сладостной муке, словно познали секрет блеска и нежности этих волос.

Нищие пошевелились, нарушив очарование. Раджарам вспомнил о своих профессиональных обязанностях. Вытащив ножницы, он приступил к работе, начав с женщины. Впервые за все время он почувствовал жалость. Преступление — разлучать такие прекрасные волосы с корнями — их волшебный блеск исчезнет, как свежесть сорванного цветка.