Рохинтон Мистри - Хрупкое равновесие

— Смотри, Ом, нам еще повезло, — сказал Ишвар, глядя как грузовик заполняется искалеченными людьми. — Ведь мы тоже могли бы лежать здесь с переломанными костями.

Циркач после черепно-мозговой травмы все еще лежал без сознания, и Хозяин Нищих отказался его брать. А детей взяли — по словам Хозяина, у них большой потенциал. Мальчик и девочка упирались, плакали и цеплялись за безжизненно лежащего дядю. Пришлось их оттащить силой и запихнуть в грузовик перед самым отъездом.

Посредник и бригадир обсуждали условия дальнейшего сотрудничества. Потом случилась небольшая задержка. Бригадир настоял, чтобы полученную в лагере одежду вернули, объясняя это тем, что за каждую пару ему придется отчитываться перед начальством.

— Берите, что надо, — сказал Хозяин Нищих. — Только поторопитесь. Мне нужно успеть в храм на службу.

Те, которых принесли, не могли сами раздеться. Пришлось задержать работников, которые повернули было назад, на каменоломню. Они безжалостно и грубо срывали одежду с несчастных калек, давая выход зависти. Хозяин Нищих не обращал на это внимания. Однако когда очередь дошла до Шанкара, он проследил, чтобы с ним обошлись мягко.

Теперь бездомные стали такими же полуголыми существами, какими поступили в рабочий лагерь. Ворота открыли, и грузовик мог ехать.

Манек настоял, чтобы в офис Нусвана они пришли одевшись особенно тщательно.

— Нужно выглядеть на все сто. Ваш брат будет больше вас уважать. Для некоторых людей внешний вид очень важен.

При нынешнем положении Дина была рада любому мало-мальски приемлемому совету. Она прогладила серые габардиновые брюки Манека, а сама остановилась на своем лучшем платье — синем, с ярким шарфом, переливающемся при ходьбе, которое надевала на вторую годовщину свадьбы. «Интересно, влезу ли я в него», — подумала Дина. Плотно закрыв дверь, она примерила платье и с удовольствием отметила, что молния застегивается с трудом. Дина вышла в гостиную.

— Может, чуточку косметики, тетя?

Помада, которой не пользовались годами, с трудом открылась. Первая попытка была неудачной — Дина неумело нанесла помаду, размазав линию губ, но вскоре былой навык вернулся, и она стала то натягивать, то сжимать губы. «Как нелепо смотрятся в зеркале эти обезьяньи ужимки», — подумала она.

Румяна покрылись коркой, но под ней их было достаточно, чтобы оживить щеки. Бархатная пуховка стала несгибаемой. Дине вспомнилось, как однажды, когда Рустам поддразнивал ее, она шутливо мазнула пуховкой по его носу. «Какая нежная — как лепесток розы», — сказал он.

Если Нусван и сегодня заговорит о женитьбе, она не знает, что сделает — может, перевернет стол. Дина осмотрела себя в зеркале. Отражение одобрительно ей кивнуло. «Надеюсь, теория Манека о связи между внешним видом и чувством уважения верна», — подумала она.

— Ты готов? — позвала Дина.

— Ого! Вы просто красавица!

— Хватит уже, льстец, — ворчливо проговорила она, осматривая его с ног до головы. Все в порядке, кроме туфель. Она заставила Манека почистить туфли перед выходом.

Охранник в офисе заставил их ждать в приемной, а сам отправился доложить боссу о посетителях.

— Вот увидишь, сейчас скажут, что Нусван занят, — сказала Дина.

Охранник вернулся и сочувственно произнес: «Господин занят». Мужчина работал здесь не один год, но каждый раз смущался, когда ему приходилось участвовать в этом представлении.

— Пожалуйста, подождите несколько минут. — И охранник, поклонившись, удалился.

— Не понимаю, чего Нусван этим добивается. У него через пятнадцать минут заканчивается работа. Всегда заставляет меня ждать.

Но в этот раз все было по-другому, потому что охранник сказал Нусвану, что его сестра прекрасно одета и пришла не одна.

— А с кем? Мы ее раньше видели?

— Это не женщина. Она пришла с мужчиной.

«Очень интересно», — подумал Нусван, вспомнив, что утром как назло порезался, когда брился.

— Что за мужчина? Молодой? Старый?

— Молодой. Даже очень молодой, — ответил охранник.

«Еще интереснее, — размышлял Нусван. Его воображение разыгралось. — Бой-френд, наверное? Для своих сорока двух лет Дина очень привлекательна. Почти так же красива, как двадцать лет назад, когда вышла замуж за несчастного Рустама. Вот кому не повезло. Ни внешности, ни денег, и жизнь такая короткая…»

Нусван задержал ход своих мыслей, воздел глаза к потолку и погладил поочередно пальцами правой руки щеки, воздавая дань уважения памяти зятя. О покойниках плохо не говорят. Печально, что он умер. Но небеса послали Дине второй шанс устроить свою жизнь с более подходящим мужем. Если б только она им воспользовалась…