Рохинтон Мистри - Хрупкое равновесие

— Вот и все. Но помни: фенол — дорогая вещь. Я не могу позволить себе пользоваться им каждый день. Тебе придется научиться обходиться без него.

Манек закрыл за ней дверь и снова разделся. Его била дрожь при воспоминании о теле женщины, находящейся совсем близко, о том, как она наклонялась, тянула руки. Однако антисептический запах фенола быстро убил эти мысли.

Дети пьяницы первыми заметили приехавшие рано утром к трущобам красные двухэтажные автобусы. Девчушка побежала сказать об этом маме. Увидев вышедших из лачуги Ишвара и Ома, она им тоже рассказала новость. Тем временем ее отец спал беспробудным пьяным сном.

Подъезжая, автобусы приветливо сигналили друг другу — в результате двадцать два автобуса выстроились в два ровных ряда. Набрав воды, портные двинулись к железнодорожным путям. Ночью прошел дождь. Сырая и мягкая земля затягивала ноги, словно некое существо с множеством присосок.

— Давай сегодня раньше приедем к Дине-бай, — сказал Ом.

— Почему.

— Манек будет.

Ишвар выбрал приглянувшееся ему местечко, и оба присели на корточки. Ишвар был рад, что сборщик волос с его пустым трепом на этот раз припозднился. Он не терпел разговоры за туалетом — даже по делу.

Но радость длилась недолго. Вскоре на дальнем конце канавы показался Раджарам, который сразу их приметил. Скорчившись рядом, он завел разговор про автобусы.

— Может, здесь будет конечная остановка? — предположил Ом.

— Было бы удобно для нас.

— Но тогда построили бы какую-нибудь конторку или что-то в этом роде.

Помывшись, троица направилась к заляпанным грязью автобусам, чтобы прояснить ситуацию. Шоферы в униформе цвета хаки стояли, прислонившись к дверям, или сидели по краям тротуаров — читали газеты, курили, жевали пан.

— Намаскар, — приветствовал водителей Раджарам, лично ни к кому не обращаясь. — Куда сегодня направляете свои красные колесницы?

Один шофер пожал плечами.

— Кто знает. Инспектор велел ехать сюда и ждать дальнейших указаний.

Снова зарядил дождь. Капли застучали по крышам пустых автобусов. Водители поспешили в свои машины и закрыли грязные окна.

Вскоре подъехал двадцать третий автобус, у него дворники без всякого толку мотались по ветровому стеклу, как мокрый маятник. Этот автобус был набит под завязку. Второй этаж занимали стоящие полицейские в униформе, из первого — вывалились мужчины с портфелями и брошюрами.

Они размяли спины, ослабили натянувшиеся в промежности штаны и направились к лачугам. Некоторые, чтобы уберечь кожаные сандалии от грязи, передвигались на цыпочках с задранными пятками, балансируя под раскрытыми зонтиками. Другие, напротив, шлепали по грязи на пятках, пытаясь уберечь подошву, и выискивали взглядом бугорки с травой, камни, обломки кирпичей, чтобы ступить на них и спастись от слякоти.

Устроенное приезжими представление в грязи скоро собрало толпу. Ветер трепал зонтики, мужчины шли покачиваясь. От более сильного порыва они теряли равновесие. В толпе послышался смех. Кое-кто из детей стал передразнивать смешную походку гостей. А те, перестав бороться с грязью, двинулись, собрав остатки достоинства, к очереди у колонки.

Тот, у кого была самая красивая обувь, сказал, что они партийные работники, доставившие послание от премьер-министра.

— Премьер-министр шлет свои приветствия и хочет, чтобы вы знали — сегодня состоится большой митинг. Она приглашает на него всех вас.

Какая-то женщина поставила ведро под кран. Шум воды заглушил голос мужчины, и он заговорил громче:

— Премьер-министр особенно хочет, чтобы ее выслушали такие честные, трудолюбивые люди, как вы. Автобусы бесплатно отвезут вас на митинг.

Очередь за водой не проявила интереса к приглашению. Послышался шепот, а потом смех. Партийный работник попробовал еще раз:

— Премьер-министр говорит, что она слуга народа и хочет вам помочь. Поэтому ей надо услышать просьбы от вас самих.

— Расскажите сами, — выкрикнул кто-то. — Что, вы не видите, в каких условиях мы живем?

— Да! Расскажите, как у нас все здорово! Зачем нам ехать?

— Если она слуга народа, пусть приедет сама!

— Пусть ее фотографы нащелкают снимки наших уютных домиков, наших здоровеньких детишек! Покажите их премьер-министру!

Снова раздался презрительный смешок и произнесенные шепотом намеки на неприятности, которые могут случиться у партийных работников, мешающих бедным людям набрать воды. Гости отошли посовещаться.