Томас Гарди - Взор синих глаз [litres]

Такая манера обращения с ней рассердила Эльфриду. Как только она вправду согласилась с ним, так у него явно пропал интерес к этому, и он тут же занял противоположную позицию.

«Ах, – подумала она, – не желаю ничего общего иметь с человеком такого склада, пусть даже он наш гость».

– Я думаю, вы найдете, – подвел итог Найт, следуя нити беседы больше для того, чтобы закончить свою мысль, чем ради того, чтоб развлечь ее внимание, – что в реальной жизни это просто дело человеческого инстинкта – все эти попытки продвигаться вперед. Люди приходят к ясному осознанию того, что они имеют, и без всякого умысла начинают сперва прилагать небольшие усилия, а потом говорят себе: «Раз уж я так много потрудился, то потружусь-ка я еще немного». Они продолжают заниматься каким-то делом просто потому, что начали.

Эльфрида, со своей стороны, в этот момент вовсе не прислушивалась к его словам. Она, сама того не сознавая, имела привычку выхватить какую-то мысль из замечаний собеседника, которая ее заинтересовала, и задержаться на ней и на основе ее взращивать свои собственные мысли, не обращая при этом ни малейшего внимания на дальнейшие рассуждения собеседника. В таких случаях она бесхитростно созерцала человека, который говорил с нею, и тогда наступала удачная минута для живописца. Казалось, ее глаза смотрят на вас и сквозь вас, словно вы в этот миг находитесь не с нею, словно она заглядывает в ваше будущее и словно сквозь ваше будущее созерцает ваше бесконечное бытие – не читает в нем, но вглядывается в него каким-то неопытным, бессознательным взором, – поскольку ее сознание все еще цепляется за ту вашу первоначальную мысль.

Вот каким взглядом она теперь смотрела на Найта.

Вдруг Эльфрида осознала, что она делает, и мучительно смутилась.

– Что вы так внимательно во мне высматривали? – спросил он требовательным тоном.

– Насколько я успела поразмыслить о вас в целом, я думала о том, как вы умны, – сказала она, не подумав, и ее ответ был поразительным по своей честности и простоте.

Беспокоясь о том, что она ответила так простодушно, Эльфрида встала и подошла к окну, услышав голоса своего отца и миссис Суонкорт, которые поднимались к террасе вверх по откосу.

– А вот и они, – сказала Эльфрида, выходя из дому.

Найт вышел за нею вслед и шел позади нее по лужайке. Она остановилась на краю террасы, близко к каменной балюстраде, и обратила лицо в сторону солнца, облокотись на перила, немного наклонившись над лужайкой, которая сейчас была столь же прекрасна, как Темпейская долина [88] Темпейская долина – долина в Фессалии, между горами Осса и Олимп. Многие древнегреческие поэты избирали именно эту долину местом действия для своих пьес. , по которой поднимался вверх ее отец.

Найт не мог не смотреть на нее. Солнце было на десять градусов к горизонту, и теплый свет заливал ее лицо, и ярко-розовый румянец ее щек казался ярко-алым, а их умеренный розовый оттенок, их натуральный тон оставался лишь на самых краешках ее щек, кои кругло изгибались, и далее их линии тонули в тени. Волосы мягко развевались за ее спиной да спереди у нее на плечах, и легкий бриз играл с каждым кончиком, то поднимая его вверх, то на время оставляя в покое. Бахрома и ленты ее платья, обвеваемые тем же бризом, развевались, словно языки, над теми участками ткани, к которым были пришиты, и трепетали по ветру вплоть до темных складок, также пойманных, также принужденных быть частью блестящего оранжевого зарева.

Мистер Суонкорт прокричал Найту приветствие, когда их еще разделяло расстояние около тридцати ярдов, и после нескольких подготовительных слов перешел к серьезнейшему разговору о прекрасном, старинном родовом имени семейства Найтов и принялся излагать свои теории о том, как были взаимосвязаны родословная да браки между родственниками. Тем временем прибыл чемодан Найта, и вскоре все разошлись, чтобы отдохнуть перед обедом, который в связи с этими событиями был отложен на два часа.

Прибытие этого гостя стало событием в жизни Эльфриды – теперь, когда они снова вернулись в деревню, а потому все, связанное с Найтом, неизбежно увлекло ее. И в этот вечер она впервые засыпала, совсем не думая о Стефане Смите.

Старая башня церкви Западного Энделстоу доживала последние дни своего существования. Ее собирались заменить новой, построенной по проекту мистера Хьюби, архитектора, который присылал Стефана.