Томас Гарди - Взор синих глаз [litres]

Атака обладает большей пикантностью, чем гармоничное воспевание. Письмо Стефана находилось в полнейшем согласии с ее обычным душевным состоянием, а статья была полной противоположностью этому. И незнакомец, не имеющий ни имени, ни образа, ни возраста, ни внешнего облика, а один только могучий голос, естественным образом оказался интересной новинкой для леди, кою он избрал мишенью своего обращения. Когда Эльфрида отходила ко сну, в ту ночь она любила того, кто написал ей письмо, но думала о том, кто написал статью.

В один из дней, около трех недель спустя, трио Суонкортов спокойно сидело в гостиной особняка Скалы, что находился в Энделстоу и принадлежал миссис Суонкорт, ведя непринужденную беседу да делая праздный обзор последнего месяца-двух, что они провели в городе, кои обернулись ощутимой скукой даже для людей, чьих родовитых знакомых можно было перечесть по пальцам.

Обычный сезон в Лондоне, где компанию ей составила ее многоопытная мачеха, так развил чувства Эльфриды, что ухаживание за ней Стефана стало ей казаться эмоционально бедным и в ее памяти неизбежно отодвинулось на несколько лет назад – оно отошло на периферию ее мыслей, в детское прошлое. Когда речь заходит о нашем умственном опыте, таком, как зрительные наблюдения, наш собственный опыт начинает казаться нам истощением того, от чего мы прогрессировали.

Эльфрида сидела в низком кресле, листая свой роман с меланхолическим интересом, – она в первый раз взяла его в руки с тех пор, как познакомилась с замечаниями, что легли в основу статьи для «Презента».

– Все еще думаешь об этом рецензенте, Эльфи?

– Не о нем лично, однако я думаю о его мнении. Право слово, просматривая мою книгу после того, как прошло уже столько времени, я нахожу, что, с одной стороны, он оценил ее достаточно правдиво.

– Нет, нет, я бы не стала теперь показывать ему белый флаг! Представь только: из всех читателей на свете сам автор переходит на сторону неприятеля. Как же станут сражаться солдаты Монмута [79] Джеймс Скотт, герцог Монмут (1649–1685) – претендент на британский трон, который поднял восстание против короля Якова II в 1685 г., что закончилось неудачей. Внебрачный сын короля Карла II и его любовницы Люси Уолтер, он обладал поразительной красотой, но ему недоставало ума и решительности для того, чтобы добиться власти. В битве при Седжмуре 6 июля 1685 г., имевшей решающее значение, армия Монмута потерпела полное поражение. В том же году он был обезглавлен в Тауэре. , если сам Монмут бросился наутек?

– Я не собиралась переходить на его сторону. Но я думаю, что он прав, приводя некоторые свои доводы, хотя у него есть и неправильные. И поскольку он обладает определенным правом на мое уважение, я еще больше сожалею о том, что в одном-двух случаях он так ошибочно оценил мои побуждения. Мне больше досадно оттого, что меня не поняли, чем оттого, что выставили в ложном свете; а он понял меня неверно. Я не могу быть спокойна, пока где-то есть человек, который день за днем продолжает приписывать мне намерения, коих я никогда не питала.

– Он не знает твоего имени, и у него явно не было о тебе ни малейших сведений. А уж к этому-то времени он, вне всяких сомнений, и думать забыл о том, что такая книга существует на свете.

– А вот я был бы определенно рад, если б ты ему указала, где именно он ошибся в одном-двух случаях, – сказал священник, который до этого времени хранил молчание. – Видите ли, критики продолжают писать, и их никогда не поправляют, и с ними никогда не спорят, и поэтому они никогда не становятся лучше.

– Папа! – воскликнула Эльфрида, вся просияв. – Напиши ему!

– По правде говоря, лучше я ему напишу, когда выпадет случай увидеться с ним, – отвечал мистер Суонкорт.

– Сделай это! И объясни ему, что молодая особа, которая написала эту книгу, взяла мужской псевдоним не из тщеславия или самонадеянности, а оттого только, что боялась, что это сочтут дерзким, если она опубликует книгу под своим именем, и что она не предназначала ее для таких знатоков, как он, а адресовала свое творение, как подсластитель истории, молодым людям, чтоб те могли приобрести вкус к тому, что происходило в их родной стране сотни лет назад, да чтобы пробудить в них желание глубже погрузиться в сей предмет. Ох, здесь столько всего нужно объяснить; как я хотела бы написать ему это сама!