Леон Баттиста Альберти - Книги о семье

ДЖАННОЦЦО. Еще бы! Если ты приобретаешь для семьи кислое вино, увядший салат или любую другую негодную вещь, не знаю, как их можно будет хранить. Добро идет на выброс, тратится впустую, никто о нем не заботится, все недовольны, так что оно служит не в твою пользу, тебя обвиняют в жадности, называют скупым. Ты терпишь убытки и бесчестье, а тот, кому пришлось не по вкусу твое добро, привыкает меньше ценить и уважать и тебя. Если же ты предлагаешь своим домашним хорошее вино, самый лучший хлеб и все прочее превосходного качества, то они остаются довольны и охотно тебе служат. Эконом бережет хорошие вещи, а о плохих сожалеет вместе с другими; все домашние будут заботиться о хороших вещах, а посторонние одобрят в тебе привязанность к ним; к тому же хорошие вещи служат дольше, чем плохие. Вот, например, мой плащ, который на мне. Я ношу его уже много лет, ведь он был сшит, когда выходила замуж моя первая дочь, и я надевал его на праздник не один год. Сейчас, как видишь, он вполне годится для повседневной носки. Если бы в свое время я не выбрал самое лучшее во Флоренции сукно, мне пришлось бы сносить уже два плаща, и к тому же не столь приличных, как этот.

ЛИОНАРДО. Говорят ведь, что добротные вещи обходятся дешевле, чем плохие.

ДЖАННОЦЦО. Будь уверен, что так оно и есть. Чем выше качество вещи, тем дольше она служит, тем больше приносит удовольствия, уважения и внимания к тебе. Дома нужно держать хорошие вещи, причем в таком количестве, чтобы их всегда хватало. А то, что некоторые говорят: лучше нужда на рынке, чем избыток в доме, по-моему, это справедливо только по отношению к плохо устроенным семьям, где царит беспорядок. Кто умеет беречь время и устраивать свое домашнее хозяйство, тому следует снабжать дом всем необходимым и обеспечить в нем изобилие. Трудно и выразить, насколько беспорядок вреден в любом деле, и сколь благотворен порядок, и я даже не знаю, что пагубнее для семейства, нерадивость его главы или внутреннее неустройство.

ЛИОНАРДО. А вы рассказали жене, как нужно все устроить?

ДЖАННОЦЦО. Я ничего не упустил. Я всячески хвалил порядок и порицал неустройство, а как именно, было бы долго рассказывать. Я объяснял ей необходимость порядка, ведь он дает возможность без труда справляться со всеми делами, и наконец, перечислив разные доводы, я привел такой пример, я сказал: «Ах, дорогая жена, представь себе, что в день большого праздника ты вышла бы на люди в сопровождении слуг и служанок и шествовала за ними в парчовом платье, а голову обвязала бы, как это ты делаешь на ночь, на боку у тебя висел бы меч, а в руке ты держала бы прялку, как ты думаешь, выглядело бы это похвально? Принесло бы тебе уважение?»

ЛИОНАРДО. Смотрите, Баттиста и Карло, насколько эти примеры убедительны и вместе с тем изящны. Но что же она вам ответила, Джанноццо?

ДЖАННОЦЦО. «Разумеется», – сказала она /печально/, «в таком виде я выглядела бы безумной». «Так вот», – заметил я ей, «дорогая жена, порядок и мера необходимы во всем. Тебе не подобает носить меч и заниматься тем, что является уделом мужчин, но и женщинам не во всякое время и не во всяком месте удобно демонстрировать свое пристрастие к женским занятиям; ведь иметь с собой прялку, надевать парчовое платье и закутывать голову надлежит при соответствующих обстоятельствах. Твоя обязанность, дорогая супруга, – быть первой среди всех домашних, но не гордиться, а быть доступной, со всем прилежанием наводить порядок и следить за тем, чтобы добро использовалось в должное время, чтобы в мае не было израсходовано то, что припасено на осень и то, что рассчитано на месяц, не испортилось за один день».

ЛИОНАРДО. И как вам показалось, воодушевили жену ваши слова?

ДЖАННОЦЦО. Она была немало озадачена. Поэтому я сказал: «Дорогая жена, если ты соберешься делать все о чем я говорил, это не составит большого труда. Тебе не будет тяжело заниматься тем, за что тебя похвалят; наоборот, тебя огорчит, если ты упустишь нечто и это может вызвать нарекания. Я думаю, что пока что все сказанное мной вполне до тебя дошло, и я этому рад. Уверяю тебя, что все это будет не труднее исполнить, чем было выслушать, поэтому, если ты меня любишь и желаешь нам обоим блага, то постараешься выполнять все, чему я тебя целый день учил. А то, что ты будешь делать охотно, женушка, тебе будет удаваться, даже самое трудное. Что делается через силу, то делается плохо, даже самое легкое. Однако я не желаю, чтобы ты делала все за всех, вовсе нет. Многие вещи тебе не подходят, и на это есть другие, а ты должна всем распоряжаться, даже в мелочах, и главное, как я все время тебе повторяю, знать, кто чем в доме занимается».