Рози Гудвин - Маленький секрет

Синди все еще ворчала на нее, предупреждая о возможных опасностях.

— Не забывай все, о чем я тебе говорила, — повторяла она. — Если столкнешься с неприятным клиентом, гони его подальше. Ведь если он тебя изобьет, ты не сможешь работать несколько дней, так что береги свои деньги и старайся не искать неприятностей на свою голову.

Клер кивала, но вместе с ее сбережениями росла и самоуверенность девушки. Ей было известно, что то, чем они занимаются, считается плохим и постыдным делом. Но разве то, что она пережила в детстве, не было плохим и неправильным? Тогда о ней никто не заботился, и сейчас все, кроме Синди, плевать на нее хотели. Так почему ее должно волновать их мнение? Иногда поздно ночью Клер слышала, как Синди плачет в подушку, и тогда ей становилось грустно. Ей и самой были знакомы ночные слезы, и не нужно было долго думать, чтобы понять, что за самоуверенностью Синди скрывается нежное и ранимое сердце.

Однажды в такую ночь, когда Клер подошла к подруге, чтобы разбудить ее и избавить от кошмара, Синди рассказала ей о своем прошлом. Клер узнала, что, сбежав из дома в маленькой деревушке, что в графстве Кент, Синди оставила там парня. Говоря о нем, Синди плакала.

— Так почему же ты тогда убежала? — спросила сбитая с толку Клер.

— Из-за отца. Он был настоящей скотиной, бил меня, поэтому однажды у меня лопнуло терпение.

— Но если ты так любишь своего парня, то почему не вернулась домой позже? — настаивала Клер. — Теперь твой отец не посмел бы тебя обидеть. Тебе даже не обязательно жить с ним в одном доме.

Эта мысль заставила Синди вздрогнуть.

— Да? — с горечью произнесла она. — И ты действительно думаешь, что Джимми захочет меня, если узнает, что я работала проституткой?

— Если любит, то простит, — тихо сказала Клер.

Синди повесила голову.

— Нет… сейчас уже слишком поздно. — В ее голосе слышалась печаль. — Я не смогу после этого смотреть маме в глаза. Она бы умерла от стыда, если бы узнала, чем я зарабатываю на жизнь.

— Ну, по крайней мере, твоей матери на тебя не наплевать.

При мысли о родной матери дремавшая в сердце Клер боль вспыхнула с новой силой. Она часто думала о тех, кого оставила в прошлом, и скучала по ним гораздо сильнее, чем можно было подумать. Но ее хотя бы успокаивала мысль о том, что Трейси сейчас в надежных руках, ее любят и заботятся о ней. Жасмин тоже. Мысли о ребенке никак не хотели покидать ее, и однажды ночью доведенная до отчаяния Клер сломалась и рассказала обо всем Синди. Обо всем, кроме насилия, причиненного ей любовниками матери. Эта часть ее прошлого была слишком болезненной и позорной, чтобы о ней кому-либо рассказывать, даже Синди.

Синди с трудом поверила в то, что Клер отказалась от ребенка. Она сочувственно вздохнула.

— Боже мой, это же, должно быть, ужасно!

По щеке Клер скатилась слеза, и она кивнула.

— Да, но я об этом не жалею. Какую жизнь я бы могла ей предложить? Ее хотя бы усыновили люди, которые о ней позаботятся.

Синди не могла не согласиться, но такая несправедливость ее удивляла.

— А где она сейчас? — спросила она.

Клер пожала плечами.

— Не знаю. Мне только сказали, что ее усыновила какая-то пара из Ланкашира.

После той ночи дружба девушек только окрепла. Они обе стали жертвами насилия. Разного насилия, но оно было для них одинаково болезненным, и у обеих на душе остались шрамы, которые не зарастут никогда, — в этом они были уверены.

Клер пользовалась каждой возможностью, чтобы заняться языком. И однажды, застав ее у зеркала выполняющей упражнения, Синди расхохоталась.

— Черт возьми, кем ты себя вообразила? Долбаной Элизой Дулиттл?

Это действительно выглядело смешно, и Клер тоже улыбнулась.

— Я посмотрю, как ты будешь смеяться, когда я начну зарабатывать с одним клиентом в шесть раз больше, чем сейчас, — сказала она подруге.

Теперь ее гардероб пополнился кожаными итальянскими туфлями и прекрасным пальто из чистой шерсти. Впервые за долгое время Клер почувствовала, что контролирует собственную жизнь. Осенью этого года ей исполнилось восемнадцать лет. День рождения она не отмечала и даже не сказала о нем Синди. Сейчас Клер усердно пыталась забыть свое прошлое, в том числе и собственный день рождения.

Иногда, когда клиент начинал лапать ее и тискать, Клер чувствовала тошноту, но затем она вспоминала о деньгах и о новой жизни, которую можно будет за них купить, и ей становилось легче. В конце концов, это она сейчас использовала мужчин, и скоро, очень скоро они будут платить немалые деньги за доступ к ее телу.