Герман Мелвилл - Пьер, или Двусмысленности

– А, – вздохнул старший собрат, как если бы вдруг открыл, что сие было правдой, в конце-то концов. – А! – И отошел прочь со своей безобидной, уклончивой сигарой.

Как бы там ни было, благодарение редакторам, в конце концов известное воодушевление литературою в интересах Пьера обрело такие масштабы, что два молодых человека, кои недавно оставили низменное портняжное ремесло ради более почетного – печатания и продажи книг (вероятно, в хозяйственных целях, дабы пустить на книги обрезки холстины и хлопка со стола закройщика, после того как ввязались в издательское дело), послали ему письмо на изящнейшей бумаге с волнистым краем, где аккуратнейшим бисерным почерком изложили следующие условия договора; самый дух означенного письма ясно показывал все же, что – благодарение фабриканту – их обрезки холстины и хлопка могут быть замечательным образом переработаны в бумагу, в то время как сами закройщики не будут совсем уж сидеть без дела на преображенной фабрике:

«Благородному Пьеру Глендиннингу.

Уважаемый сэр!

Прекрасный фасон, благоразумное настроение ваших произведений наполнило нас изумлением. Материя превосходна – тончайшее сукно гения. Мы делаем первые шаги в издательском деле. Ваши шаровары – шедевры, мы хотели сказать, – до сих пор еще не были укомплектованы. Они должны быть опубликованы в книжной форме. Портные – мы имели в виду библиотекарей – требуют этого. Ваша слава сейчас пребывает в прекраснейшей дремоте. Теперь, пока не пропал ее блеск, теперь пришло время для книжной формы. На днях мы получили партию замши… то есть кожи из России. Книжная форма станет долговечной формой. Со всем уважением мы предлагаем нарядить ваши удивительные произведения в книжную форму. Если вам будет угодно, мы перешлем вам образчик материи, то есть, мы хотели сказать, образец страницы с рисунком кожи. Мы готовы предоставить вам десять процентов от прибыли (неслыханно много) за привилегию облачить ваши замечательные произведения в книжную форму, вы получите счета от белошвейки, то есть от типографа и переплетчика, в день публикации. Ответ при первейшей благоприятной возможности окажет бесценную услугу…

P. S. Мы со всем уважением высылаем также вместе с письмом заготовку, то есть бумагу, в подтверждение наших самых серьезных намерений сделать все возможное в ваших интересах, чтобы закрепиться в торговле.

N. B. Если наш образец не охватит всего вашего знаменитого гардероба – произведений, мы хотели сказать, – мы искренне сожалеем. Мы перерыли ради него все костюмы, то есть журналы.

Образец пальто, то есть титульного листа для произведений Глендиннинга:

Всемирно известное произведение „Тропическое лето: сонет“.

„Погода: размышление“. „Жизнь: экспромт“. „Памяти покойного

преподобного Марка Грэйсмена: некролог“. „Честь: станс“. „Красота: акростих“. „Эдгар: анаграмма“. „Красотка: статья“.

И т. д., и т. д., и т. д., и т. д.,

и т. д., и т. д., и т. д.,

и т. д., и т. д.,

и т. д.

От художника-иллюстратора Пьер получил следующие строк и:

«Сэр, я обращаюсь к вам с непритворным трепетом. Ибо, несмотря на то что вы молоды, вам давно привычны слава и мастерство. Я не могу передать вам все свое пылкое обожание ваших работ, и также я не могу не сожалеть глубоко о произведениях, обладающих такой изобразительной, описательной мощью, не сопровождаемых более скромными наглядными трудами художника-иллюстратора. В этом деле все мои силы целиком в вашем распоряжении. Мне нет нужды говорить о том, насколько я бы гордился оказанной честью, если этот намек с моей стороны, каким бы отважным он ни был, побудил бы вас ответить на условия, в которых я бы нашел надежду прославить себя и свою профессию посредством нескольких набросков для работ прославленного Глендиннинга.

Но беглое упоминание вашего имени здесь пробуждает во мне такие волнующие эмоции, что я не могу сказать ничего более. Как бы там ни было, я бы только добавил, что, поскольку я совсем не связан с торговлей, моя финансовая ситуация неприятнейшим образом толкает меня сшибать немного наличных, занимаясь доставкой каждого рисунка, основы всех моих профессиональных договоренностей. Ваша благородная душа конечно же сочла бы ниже своего достоинства предположить, что эта грязная необходимость, исключительно в интересах дела, могла бы хоть как-то повредить наброскам…