О, моя милая Харитон! Ужас и блаженство как будто пронзили меня, я чуть не лишилась чувств! Да, это он! Это он! О, небо! Принц, богатый, прекрасный, могущественный... а теперь лишённый родины, бродит в рыбьем наряде и жёсткой фетровой фуражке... Если бы я только могла...
Мой маг, как всегда, когда он в плохом настроении, считает, что всё плод дурацких фантазий, и его невозможно побудить к дальнейшим выяснениям, между тем это было бы для него так легко - найти то место в лесу, где я увидела Теодора, съесть кусочек освящённого яблока и выпить глоток святой воды. Но он не хочет, решительно не хочет, и вообще он сейчас так раздражён и мрачен, что мне даже приходится временами прибегать к порке, а это, к несчастью, делает его власть надо мной ещё сильнее, однако, если бы мой возлюбленный Теодор...
... с большим трудом выучить. Но теперь моя Мария великолепно танцует ромеку, так, что лучше этого нельзя себе представить и у нас. Была прекрасная ночь, тёплая, полная ароматов и блеска луны. Лес в молчаливом удалении внимал нашей песне, и только иногда слышался шёпот и шорох, как будто пробегали маленькие эльфы, а когда мы умолкали, в тишине раздавались странные голоса духов ночи, как будто просили о новой песне. Мой маг вместе с электрофором захватил с собой и теорбу, аккорды ромеки звучали так прекрасно и торжественно, что я обещала ему за это белого мёда к завтраку на следующий день.
Наконец, было уже далеко за полночь, какие-то фигуры вышли из кустов и приблизились к нашей одинокой полянке. Мы быстро набросили вуаль, подхватили на плечи нашего мага и бежали так скоро, как только смогли. Слишком поспешное, злосчастное бегство! Птица в первый раз рассердилась, говорила невразумительную чепуху и на мои вопросы не отвечала, "потому что она всего лишь попугай, а не профессор". Да, злосчастное, поспешное бегство, ведь это, конечно, Теодор пытался к нам приблизиться, но мой маг так испугался, что пришлось сделать ему кровопускание...
... великолепная мысль! На стволе дерева, под которым я сидела, когда Теодор, оказавшись напротив меня, не смог меня увидеть под покровом вуали, так вот на этом дереве я вырезала несколько слов: "Теодор! Слышишь ли ты мой голос? Это, кричу я тебе - вечно - созидающая - смерть - никогда - убить Константинополь - неизменное решение - дядюшка - благо - "
Путешествие в Грецию
Прочитав то, что было написано на листе, последние слова которого, к сожалению, почти нельзя было разобрать, барон Теодор фон С. пришёл в страшное возбуждение.
По правде говоря, любой человек, даже если голова его, как у Теодора, не была постоянно набита мыслями о всевозможных фантастических событиях, как здесь описанные, испытал бы глубокое удивление и даже потрясение. Не говоря уже о том, что таинственная атмосфера всего приключения, намёки на странное женское существо, владевшее искусством волшебства и постоянно существовавшее рядом с неким магическим явлением, одновременно служа ему и царствуя над ним, повергли барона в величайшее напряжение, мысль о том, что сам он вовлечён в волшебные сети, оплетённые вокруг него листком или, точнее говоря, неизвестным существом, которому листок принадлежал, доводила его почти до сумасшествия.
Дело в том, что барон тотчас припомнил, как однажды - с тех пор прошло уже немало времени - прогуливаясь по Тиргартену, вдруг уселся на скамью, стоявшую напротив той, где он нашёл бумажник, что ему казалось, что он слышит тихие вздохи, и было полное впечатление, что напротив сидит женская фигура, закутанная в длинную вуаль, но что, хотя он и надел свои очки, однако, ничего не смог увидеть. Далее барону пришло воспоминание, как однажды поздно ночью в большой компании друзей он, возвращаясь из "Хофегера", услышал из отдалённых кустов диковинное пение и столь же странные аккорды незнакомого инструмента. Когда же они наконец приблизились к тому месту, откуда раздавалась музыка, то увидели, что две фигуры в белом поспешно убегали, неся на плечах нечто красное и блестящее. Имя Теодор окончательно решило дело.
Не теряя ни минуты, барон побежал в Тиргартен, чтобы найти ту надпись, которую, как было сказано в листке, незнакомка вырезала на дереве, и, может быть, приблизиться к разгадке тайны. Предчувствие не обмануло его! В кору дерева у скамейки, где он нашёл бумажник, были вырезаны слова, но волею случая те самые слова, которые были затёрты на листочке, на дереве оказались размытыми и непонятными. "Чудесная взаимосвязь, - воскликнул барон в величайшем экстазе, - чудесная взаимосвязь в природе!" И он вспомнил из Гёте о тех комодах-близнецах, сделанных из ствола одного и того же дерева, один из которых треснул и развалился в тот момент, когда другой стал жертвой пламени в отдалённом дворце.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу