Саддам Хусейн - Забиба и царь

Когда признался он ей в том, о чем думал, она ответила ему:

- Прежде всего, я хочу сказать тебе, мой великий царь, что любовь это уверенность того, кто любит, в том, кого он любит. Любовь не подчиняется классовым законам, а значит, это чувство свойственно и царям. Любовь - это качество того, кто любит, будь он царем или простолюдином, рыболовом или крестьянином, полководцем, работником или полицейским. Я полюбила тебя не потому, что ты царь. Моя любовь - проявление моей свободы и моего человеческого естества. Я полагаю, что ты тоже полюбил меня не потому, что я царица.

Забиба вздрогнула, когда у нее случайно выскочило: "или полицейским", и поправилась:

- Нет, не полицейским. Твои полицейские на эту роль не подходят, мой царь.

- Ты полагаешь, что у моих полицейских есть недостатки, которые лишают их человеческого облика и не позволяют им любить так, как любят все те, о ком ты говорила?

- Нет, мой царь, боже упаси меня оскорблять твоих полицейских. Но разве полиция может кого-то любить?

Царь ответил ей не раздумывая:

- Полиция в любом государстве похожа на своего царя, и если царь может любить, значит, может любить и полицейский. А если царь не обладает человеческими качествами, позволяющими ему любить, то и полиция их не имеет.

- Да, мой царь, это правильно. Но только наша полиция на тебя не похожа.

- Чем это она на меня не похожа?

- Своим поведением и своей моралью, мой царь. Испокон веков в твоем государстве ее руки в отношении народа развязаны. Она полагает, что постоянно должна держать народ в узде.

- Что ты хочешь этим сказать?

- Полиция преследует меня так, что это стало невыносимым. Я не могу даже вдохнуть по собственному желанию, как того требует моя свобода.

- Разве ты не говорила, что свободна в моем дворце, потому что, благодаря твоей любви ко мне и моей любви к тебе, обрела свою душу после того, как ее потеряла, когда вышла замуж и покорилась желаниям своего мужа против своей воли, только потому, что это предписывалось тебе браком, от которого некуда было деться?

- Да, я едва не погибла, лишилась всего человеческого. Не предполагала я, что мой выбор падет на тебя. А пал он на тебя не из-за царского трона, а потому, что я нашла в тебе те качества, которые искала. Да, мой царь. Ты снова вернул мне свободу, я снова обрела человеческий облик.

- А что же теперь случилось?

- Моя свобода под угрозой, великий царь. Разве не свободна я быть в постели со своим мужем? - спросила Забиба.

- Конечно, свободна, если на то есть твоя воля, - ответил царь.

- Да, я желаю этого, если ты против этого. Но это желание мне навязано, и я буду сопротивляться ему, если ты будешь не против него.

- Таково устройство души простого человека, Забиба? Неужели воля царя настолько обременительна для народа?

- Да, мой великий царь, потому что царь будет одним из нас, если он даст нам свободу, и не будет одним из нас, если он этой свободы нас лишит, а мы предпочитаем того, кто такой же, как мы.

- Получается, что я полюбил не такую, как я.

- Это не так, мой царь. Ты полюбил ту, которая соответствует твоему естеству, стесненному царской короной и скрытому от тебя. Что до меня, то на мне нет царской короны. Да я и не могу носить ее, даже если этого захочу.

- А ты хочешь корону, Забиба?

- Да, мой великий царь, мне нужна она, и мне нужен ты. Но я хочу каждого из вас по отдельности, а не в виде одного целого. Мне нужна корона, если ты будешь ее господином, а не пленником. Я не хочу, чтобы корона возвышалась над твоей головой и ты был ее заложником. Я хочу, чтобы ты возвышался надо мной и был одновременно рядом со мной и в моей душе. Чтобы ты был совестью народа, его символом, рыцарем, а не признаком его слабости. Я хочу, чтобы корона на твоей голове была твоим символом, а не госпожой твоей и оковами, и чтобы были мы, ты и я, как две души в одном теле, а корона была бы символом нашей чести, а не позора. В этом случае твоя корона не овладеет мной, а напротив, освободит, даже если будет на моей голове и если я буду владеть ею, как и ты. Ты будешь возвышаться над головой моей выше короны. А над тобой и надо мной будет наша свобода, идеалы нашего государства, нашей нации, нашего народа.

Выслушав Забибу, царь сказал:

- Я полюбил тебя, чтобы поднять твое и мое достоинство любовью искренней, во всем ее великолепии и в полном ее смысле, а не для того, чтобы кто-то из нас двоих казался слабым. Поэтому я не согласен делить тебя с тем, кого ты не желаешь, и не уверен, что его участие здесь уместно.