Джеймс Макферсон - Поэмы Оссиана

И как, жестокая, терзаешь ты Фингала!

Могу ли без тебя быть счастлив на земли?

Надгробно празднество готовить повели,

О Старн! Оден, жрецы, их глас, твои угрозы

Бессильны надо мной; ее лишь сильны слезы!

Ее любви одной я предаюся весь.

Моина

Премена счастлива!

Старн

(тихо Колле)

Я торжествую днесь.

(К Моине)

О дочь, принесшая родителю отраду,

Получишь вскоре ты достойную награду,

И чувствиям твоим готовлю я покой.

(К Колле)

Иди на грустный холм и торжество устрой.

(К Фингалу)

А мы, Фингал, союз чтоб ускорить счастливый,

Чтоб наконец возмог мой взор нетерпеливый

Тебя на холме зреть, к могиле поспешим.

Хочет его вести, но при виде воинов Фингаловых останавливается.

За нами ли идти сим воинам твоим?

Иноплеменники обрядов наших чужды,

Их любопытный дух...

Фингал

Мне в них не будет нужды.

К чертогу царскому они пущай идут

И возвращения вождя их тамо ждут!

Воины Фингаловы уходят.

Старн

(в сторону)

Пусть тщетно ждут!..

(К Фингалу)

Фингал, пойдем к могиле сына!

Фингал

Приди со мной, приди, любезная Моина!

Старн

Ах! нет, чувствительный ее не должен взгляд

Зреть смерти празднество, надгробный зреть обряд;

Печальна для нее могила будет брата.

В сем храме пусть она ждет нашего возврата.

Фингал

Итак, опять с тобой я расстаюсь теперь!..

Моина, страсть мою послушностью измерь.

Старн и Фингал уходят, за ними следуют все предстоявшие во храме.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Моина и Морна

Морна

(по некотором молчании)

Виновница в сей день нам прочного покоя,

Ты, удержавшая стремление героя,

За коим, может быть, для нашея страны

Возобновились бы злосчастия войны,

Когда все льстит тебе, когда ты торжествуешь,

Когда твой верен брак, на что ты негодуешь?

Почто веселию свой дух не предаешь?

Хранишь молчание, вздыхаешь, слезы льешь?

Иль новых бед каких еще нам ждать?

Моина

Не знаю.

Неволею грущу и слезы проливаю.

Предчувство ль томное мне некия беды

Или в крови моей оставило следы

В сем храме бывшее несчастное волненье?

Иль, может быть, обряд и тризны совершенье,

Напоминающе всему конец и смерть,

По сердцу моему могло печаль простерть!

Увы! не смею я еще ласкаться браком;

Час будущий судьба от нас сокрыла мраком.

Кто знает, счастлив ли он нам определен?

Сей верный, Морна, брак еще не совершен;

Еще я не зовусь супругою Фингала,

Еще союз не тверд. Уже я испытала,

Как верностью надежд нельзя ласкаться нам.

Когда веселая с Фингалом шла во храм,

Могла ль предвидеть я, что наш обряд венчальный

Пременится в обряд надгробный и печальный;

Что вместо храма гроб, жреца наместо тень

К союзу нашему представятся в сей день?

Кто, Морна, ведает мне рок определенный?

Но шум... вступают в храм... Уллин идет смущенный:

Боязнь в его чертах...

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Прежние и Уллин

Уллин

Царевна! где Фингал?

Моина

Ко гробу братнему с царем он путь приял

И, может быть, теперь уже над мрачным холмом.

Уллин

Но воинов своих сопровожден ли сонмом?

Моина

Один пошел, но что?..

Уллин

О горесть! о беда!

Он гибнет, может быть; бегу к нему туда.

Моина

Постой, Уллин, постой; чем столько ты смущаем,

И гибелью Фингал какою угрожаем?

Уллин

Твой яростный отец, презрев и долг и честь,

И все, что на земли священное ни есть,

Быть может, в сей же час Фингала умерщвляет

И смерть Тоскарову изменой отомщает.

Моина

Не верь, Уллин, не верь; сего не может быть.

Изменою ль цари обиды будут мстить?

Уллин

Едва поверить мог... Но, свобожденный плена,

Карилл, со мной сюда приплывший из Морвена,

Сей храбрый воин ваш, которого Фингал

Любил отважный дух и в плене отличал,

Остановил меня, когда в веселом ходе

Ко храму с торжеством за вами шел в народе.

Он все поведал мне, и, способ чтоб найти

Локлинския страны падущу честь спасти,

Он сам в числе убийц... Еще ли усумнишься?

Но медлю здесь, бегу на холм.

Моина

Куда стремишься,

И что против убийц предпримешь ты один?

Сонм воев у чертог; спаси царя, Уллин!

Уллин поспешно уходит.

Увы! несчастная, и я на холм послала,

И, может быть, на смерть любезного Фингала!

Остановленный брак, смятение жреца,

Веселье мрачное жестокого отца,

Когда Фингал идти согласен был ко гробу,

Все Старнову явить могло мне скрытну злобу,

И ничего, увы! не зрел мой страстный взор.