Ингвалл Свинсос - Том в горах

* * *

До чего же длинной показалась Тому эта неделя... Дни тянулись чередой, а на сетере всё тихо, ни души. Нет-нет да подойдёт к двери и царапается, зовёт. Никакого ответа. Один раз он даже в окно заглянул снаружи. Стал на задние лапы, вытянулся во весь рост и увидел: пусто в доме. Том испугался, до тех пор ему всё как-то не верилось, что никого нет. Куда подевались папа и мама? Где Пер и Лиза? Непонятно... Жалобно мяукая, Том пошёл на сеновал. Он теперь всё время там ночевал. Ему снились Пер и Лиза, душистое молоко, рыба, которую ловил Пер. Утром Том просыпался совсем расстроенный и спускался к жёлобу напиться воды. Потом шёл на охоту. Притаится возле мышиной норы и ждёт, когда мышь выйдет. Тут большое терпение нужно, а у Тома от голода живот подводило. Посидит-посидит, не дождётся добычи и идёт к двери, звать пропавших хозяев.

* * *

Подоспей отец на полчаса раньше, и всё было бы хорошо. Но его опередили двое мальчишек. Два подростка с соседнего сетера пошли на рыбалку, захватив с собой малокалиберную винтовку, которую взяли без разрешения. На крыльце чужого дома они увидели здоровенного кота. Один из мальчишек прицелился и выстрелил. Пуля попала в каменную плиту рядом с Томом. Он высоко подпрыгнул, потом огромными скачками помчался мимо коровника в лес.

* * *

Где только не искал отец: на сеновале, в коровнике, даже под дом заглянул между камнями. - Кис-кис! Где ты? Том, Том, выходи! Достал из рюкзака бутылку молока, налил полное блюдце и снова стал кликать. Том не появлялся. Тогда отец вошёл в дом, затопил печь, приготовил себе кофе. Нарочно не спешил, надеялся, что кот ещё придёт. Уж очень ему не хотелось без Тома домой возвращаться. По вот и кофе выпито. Снова отец вышел на крыльцо и покликал. Потом надел куртку и обошёл ближние луга. Может, Том в засаде у норки лежит, мышь подстерегает, как летом бывало? - Том, Том, иди сюда! Кис-кис! Где ты? Вот беда-то! Нету кота. Видать, придётся без него домой ехать. Ищи не ищи - толку чуть. Всё-таки, прежде чем уходить, отец ещё посидел на крыльце. То туда, то сюда поглядит: не покажется ли Том. И на сеновал ещё раз поднялся, всё сено перерыл, хотя отлично знал, что не станет кот прятаться там в такой погожий день. Конечно, не нашёл. Тогда он взял пилу и выпилил для Тома ход в наружной двери, чтобы мог войти, когда захочет. Из старой овчины сделал на кровати хорошую постель. Складывает, чтобы помягче было, а сам с грустью думает о том, что бедняге Тому не миновать зимовки на сетере. Ох, и туго ему достанется! Одичает небось и будет сторониться людей. От таких мыслей настроение у отца совсем испортилось. Что он теперь дома скажет? А Том, когда отец, отчаявшись, поехал домой, пристально следил за ним из-за кочки. Пуля, которая ударила так близко, и звук выстрела напугали кота. Он теперь боялся человека: вдруг опять выстрелит! Прежде Том таким не был. Но, после того что приключилось утром, он уже начал дичать.

* * *

Как же горько плакали Пер и Лиза, когда отец вернулся без Тома! Он им обещал, что вскоре опять съездит на сетер, только после этого они немного успокоились. Да и нечего тревожиться пока: погода тёплая, до снега далеко. Правда, осень вот-вот начнётся, будет Тому и зябко, и голодно. Ничего, мышей ловить он умеет, а там, глядишь, и покрупнее добыча подвернётся. С питьём, конечно, хуже: ведь он привык к молоку. А впрочем, чего голову ломать: отыщется Том, отец в этом не сомневался. И мама была уверена, что отыщется.

* * *

Встреча с мальчишками насторожила Тома, он никак не решался подойти к дому. Всё-таки вечером он вышел из-за коровника. Идёт медленно-медленно и оглядывается по сторонам: не стреляют? Наконец отважился подняться на крыльцо. Сжался в комочек, чтобы не приметил кто, и ждёт. Боязно как-никак. Потом поднялся на задние лапы, царапнул дверь, помяукал. Том чувствовал, что ни Пер с Лизой, ни папа с мамой не причастны к страшному звуку. Застать бы их дома, а уж они его в обиду не дадут. И он опять стал царапать дверь, громко жалуясь. Вдруг он увидел отверстие. Гибким звериным движением скользнул в лазейку и очутился в сенях. Нашёл блюдечко с молоком, которое отец поставил, и ну лакать, да так жадно, точно в жизни не пробовал. Непонятно, откуда молоко? Неужели кто дома есть? Том прислушался: из комнаты ни звука. Дверь была приотворена, и он вошёл. Удивлённо поглядел кругом - ему всё не верилось, что ни Пера, ни Лизы нет, ни папы, ни мамы. И когда он убедился, что это так, то протяжно и жалобно замяукал. Потом прыгнул на постель, которую ему приготовил отец. Тепло и уютно... Том даже замурлыкал. И так странно звучало это мурлыканье в опустевшем доме.