Галина Дятлева - Мастера пейзажа

По возвращении Васильев написал по мотивам своих этюдов несколько картин: «Волжские лагуны» (1870), «Вид на Волге. Барки» (1870, Русский музей, Санкт-Петербург), «Берег Волги после дождя» (1871) и др.

Одной из работ этого периода была «Оттепель» (1871, Третьяковская галерея, Москва). Эта картина считается его первой серьезной работой. Он экспонировал ее на выставке Общества поощрения художников.

Васильев изобразил на полотне путника с ребенком, идущего по размытой дороге. Вдалеке виднеется хижина, рядом с ней — старые, раскидистые деревья. Небо затянуто темными, плотными облаками. Преобладают золотисто-коричневатые и свинцово-серые тона.

«Оттепель» произвела сильное впечатление и на критиков, и на простых зрителей.

Несмотря на кажущуюся простоту, все в ней было гармонично и притягивало взгляд. Этот пейзаж приобрел для своей галереи П. М. Третьяков.

В том же году Васильев начал в качестве вольнослушателя посещать занятия в Академии художеств. Однако ему так и не удалось закончить образование: художник чувствовал себя все хуже и хуже, и скоро врачи поставили диагноз — туберкулез горла. Они посоветовали Васильеву уехать в Крым. Последние три года художник прожил на берегу Черного моря.

Ф. А. Васильев. «Заброшенная мельница», 1871–1873, Третьяковская галерея, Москва

Ф. А. Васильев. «Мокрый луг», 1872, Третьяковская галерея, Москва

Там он написал свои лучшие пейзажи: «Мокрый луг» (1872, Третьяковская галерея, Москва), «Заброшенная мельница» (1872–1873), «В Крымских горах» (1873). «Мокрый луг» Васильев отослал на выставку в Петербург и был награжден премией. В этом полотне он воплотил свою тоску по северной русской природе.

Ф. А. Васильев. «В Крымских горах», 1873

Несмотря на прогрессирующую болезнь, Васильев до конца своих дней продолжал работать. Он изучал иностранные языки, играл на скрипке и очень много рисовал. Последний пейзаж, который он начал и не успел закончить, должен был изображать крымскую природу. Именно в этот период Васильев заметил, что стал более четко различать тона. Он писал: «…У меня до безобразия развивается чувство каждого отдельного тона… Где я ясно вижу тон, другие ничего не могут увидеть или увидят серое или черное место…». В своем последнем пейзаже Васильев хотел с помощью новых цветовых сочетаний показать красоту Крымских гор. Однако его мечте не суждено было осуществиться. Несмотря на лечение и материальную помощь его многочисленных друзей, Васильев не смог излечиться и в 1873 году умер.

Страсть к рисованию владела Куинджи с детских лет. Он не расставался с карандашом в короткие школьные годы, а затем — в период работы у строительного подрядчика и хлеботорговца. Рисунки появлялись в ученических тетрадях, в книгах по учету кирпича, на стенах кухни, в которой ютился мальчик. Хозяева не запрещали ему заниматься любимым делом и даже с гордостью демонстрировали творения своего маленького работника всем гостям.

Архип Иванович Куинджи родился в Мариуполе в семье грека-сапожника Ивана Христофоровича Еменджи (так записана фамилия художника в свидетельстве о рождении). В переводе с турецкого «еменджи» — «трудовой человек», именно таким и был Иван Христофорович, который, помимо сапожного дела, занимался хлебопашеством.

Уже после смерти Ивана Христофоровича в переписи 1857 года появилась другая фамилия — Куинджи, с турецкого — «ювелир» (золотых дел мастером был дед Архипа Ивановича). Куинджи было всего три года, когда умерли его родители. Маленького Архипа вместе с другими детьми воспитывали родственники. Они и отдали мальчика в городскую школу. Учился Куинджи неважно, зато рисовал прекрасно.

В десятилетнем возрасте его забрали из школы и определили на работу к строительному подрядчику, а затем к хлеботорговцу Аморетти, у которого талантливого мальчика заметил феодосийский хлеботорговец Дуранте. Он и посоветовал Куинджи отправиться в Феодосию к знаменитому художнику И. К. Айвазовскому. Дуранте дал Архипу рекомендательные письма к маринисту, а также к его ученику А. И. Фесслеру.